— Что-то ни одной эльфийки, — расстроено заметил Локоб.

— Угу, — буркнул Див.

— Тише вы, вон ОНА, — прошептал Мидо.

Смотрю в ту сторону, куда указал парень. Офигеть! Единорог! Отчего то это животное произвело на меня больше впечатления, чем вся вместе взятая смазливая остроухая братия. Верхом на чудо-коне едет девушка, одетая в болеро и длинную юбку цвета морской волны. Симпатичный костюмчик блондинки украшают вышитые чёрными и белыми нитками сложнейшие узоры, переливающиеся на солнце. На длинной ниточке-цепочке (не иначе из чистого золота) висит огромный рубин (а может ещё какой-то, но из красных камней знаю только этот), который покачивается в такт с поступью сказочной лошади и поочерёдно бьётся в ложбинке декольте то об одну, то об другую грудь эльфийки. Упругие молочные железы блондинки и разрез ткани, оголивший её ногу почти до пояса, заставил моих спутников тихонько стонать:

— Какая она красивая!

— Что за фигурка!

— Ещё и магичка!

— Только им эти белые животные позволяют себя оседлать.

— Да-а, просто нет слов! — чуть не захлебнулся слюной Див, а потом фыркнул в сторону строящих глазки деревенских девок: — Не то, что наши дуры.

— Тоже мне, открытие сделал. Говоришь очевидные вещи, — недовольно проворчал Локоб. Парню не нравилось, что его подружка Малиса, чуть ли не в открытую, предлагает себя проезжающим голубоглазым кавалерам. Причём девушка всем видом показывает, что согласится на близость с любым. Тогда как самому Локобу постоянно отказывает.

— А, ведь Олика совсем не хуже эльфиек! — сделал мне комплимент Мидо.

— Согласен, — добавил ещё патоки к моей возросшей самооценке Ресл.

— Смотрите, ещё единорог! — воскликнул Див.

Вниманием парней вновь завладела колона воинов. Но, второй маг, ко всеобщему разочарованию, оказался мужского пола.

— Староста Фатун сказал, что где-то рядом нашли гнездо Чёрного Дракона. Вот эльфы и едут его убивать. В связи с этим нам временно запрещено покидать деревню.

— Никогда не видела Драконов, — вздохнула я.

— А кто из нас их видел? — усмехнулся Ресл. — Это если кого из старожилов спросить, то возможно среди них найдём такого «счастливчика». Да тот, скорее всего, наврёт с три короба.

— А давайте незаметно проследим? — предложил Мидо. — Вдруг удастся подсмотреть сражение. Внукам потом расскажем, какие у них смелые дедушки.

— Думай, что говоришь: проследить за эльфами? Да ещё и незаметно? — ухмыльнулся Див. — До старости можешь и не дожить.

— Для тех, кто не боится, на рассвете сбор за кузней, — объявил Локоб.

— А не боитесь, что «заложу»? — поинтересовалась я.

— Конечно, нет, Олика — ты же своя.

Меня распирали двоякие чувства. С одной стороны нужно предупредить отца. Ведь охламоны не понимают, какому риску подвергнутся (да и сама я толком не представляю). А с другой стороны пятнадцатилетние пацаны признали «своей» тридцатилетнюю тётю. Странно, но приятно. Для меня сейчас важна любая зарождающаяся дружба. Годы детдома научили дорожить этим чувством. Передо мной стал классический вопрос: «Что делать?»

***

Светка Тарасова.

Так уж вышло, что в эльфийский город я попала затемно, и немного ошалевшая от приключившихся событий. Поэтому почти ничего не разглядела.

Однако утром, выспавшись и отдохнув, я, как и полагается по закону жанра, начала удивляться. Первой меня шокировала кровать! Как только моя попа оторвалась от лежбища, уютное гнёздышко, под аккомпанемент моего визга, из переплетения молодых гибких веток зашевелилось и приняло форму кресла и небольшого столика. Причём, пока одни побеги удлинялись и закручивались в длинную спираль, образуя столешницу, другие прутики ловко сложили постельное бельё и аккуратно водрузили сверху.

Вешалка-тренога, удивлённая такое реакцией, сильно пугать меня не стала, а просто услужливо протянула одежду и сразу же замерла. Со скоростью солдата срочной службы я натянула вещи, не сводя глаз с мебели. Как только я закончила, радостно распахнулись настежь ставни, впуская свежий ветер и солнечный свет.

На трясущихся ногах я медленно зашагала навстречу миру. Но полюбоваться видом из окна мне не дала дверь — с угрожающим скрипом она отворилась и предоставила моему взору обеспокоенного архимага.

— Что случилось? Почему ты кричала? Тебя кто-нибудь обидел? — засыпал он меня кучей вопросов.

— Просто никогда раньше не находилась в живой комнате, — честно призналась я и только потом подумала: «А не взболтнула я чего лишнего?». Ведь не раз читала же, что эльфы не только мебель, но даже дома из растений выращивают. Если это явление тут обыденность, то моей конспирации конец.

— Ах, вот в чём дело, — расслабился Крайтис и успокоил меня: — Извини, совсем вылетело из головы, что ты из провинции и не могла прежде видеть результаты динамического биостроительства.

— Да, у нас, как-то всё со статикой принято работать, — подтвердила я, не до конца понимая, о чём речь.

— Оно и понятно, движущиеся предметы могут выращивать лишь маги не ниже десятого уровня, а такие, как правило, сидят на тёпленьких местах в столице.

— Эстилар же не столица, — сказала я, и опять засомневалась в правоте своего утверждения.

— Конечно, нет. Это я для тебя устроил этот маленький сюрприз. Чтобы немножко поднять настроение, после вчерашнего. Хотел удивить, а вышло, что напугал. Ещё раз приношу глубочайшие извинения, — расстроено вздохнул архимаг.

— Да, пустяки. Всё в порядке. Просто как-то всё неожиданно произошло.

— Не сердишься?

— Нет.

— Рад это слышать, — вновь повеселел эльф, потом вспомнил зачем шёл ко мне и сдвинув брови произнёс: — Цветаниэль, нужно срочно возвращаться в Шакруну. Возьми это.

Крайтис протянул сине-зелёный свёрток. Откуда он его достал, из воздуха что ли? Не показывая виду, что фокус с появлением вещи произвёл на меня впечатление, я развернула и оценила:

— Красивая одежда. Это мне?

— Да, подарок. Конечно, магу твоего уровня рано ещё такое носить. Но я не хочу снова тебя потерять. Если пожелаешь, можешь даже подождать здесь. Заставить тебя второй раз встречаться с Чёрным Драконом, я не вправе. Особенно после пережитого несчастья. Однако предпочел бы не оставлять тебя без присмотра.

- Я согласна! — не задумываясь, выпалила я опешившему от неожиданности эльфу. Тот явно не ожидал от меня такой прыти. По обескураженному виду собеседника я поняла, что тот планировал меня долго и нудно уговаривать.

— Хорошо, тогда надевай быстрей робу, и выходи. Твой единорог уже ждёт во дворе, — улыбнулся архимаг и вышел.

Мой кто?! Чудеса продолжаются. Не терпелось поскорей одеться и спуститься к «моему единорогу». Офигеть! С блаженной улыбкой я развернула свёрток и… застыла с растянутой до ушей миной. Даже мои эротичные танцевальные наряды блёкли по сравнению с новым костюмом. То ли пиджачок, то ли топик, с длинными, расширяющимися к запястью, рукавами и высоко стоящим воротником, едва доходил мне до пупка. А чтобы застегнуть пуговки, и без того выпяченную грудь пришлось приподнять, наполовину высунув на всеобщее обозрение. К одежде прилагался кулон в виде большой тёмно-вишнёвой капли на золотой (удостоверилась, попробовав на зуб) цепочке с необычайно красивым рисунком плетения (ко всему прочему, совпадающим с росписью на ткани). Вроде бы длинная с виду юбка оказалась таковой только сзади, а спереди переходила в непомерно короткое мини. Так что чулки и их крепления оказались доступны взорам всех желающих. Видел бы меня сейчас братец: в лучшем случае архимагу пришлось бы самому это носить. Но подозревать Крайтиса в озабоченности не стоит. Подобным образом и даже ещё откровенней ходят все увиденные мною в Эстиларе эльфийки. «Если есть что показать, то почему бы и нет?» — успокоила себя я и с интересом выглянула в окно.

Во дворе шли приготовления к предстоящему походу. Народ что-то кричал, суетливо бегал, запрягал коней, проверял снаряжение. А в уголке меня смиренно ждал конь. Не простой, а волшебный: белоснежный, в золотой сбруе, с серебряным рогом во лбу и огромными понимающими глазами. Как кстати сейчас пригодились уроки, полученные в детстве от дядьки Кутуза (имени его не помню, а то, как учил сидеть в седле — до мельчайших подробностей), державшего лошадей и жившего на соседней с родительским домом улице.

Так уж вышло, что в собранном наспех отряде магами были только Крайтис и я (то есть только он один, зато с приставкой «архи»). А из женского пола вообще поеду одна. Правда, от моей особы толку мало (если честно — вообще никакого). Подозреваю, что моё присутствие вызвано лишь нежеланием архимага оставить «испуганную бедняжку» без присмотра.

Проезжаем мимо человеческой деревни. Обращаю внимание на группу подростков в компании взрослой девушки. Негритята, как и все остальные темнокожие люди, для меня кажутся на одно лицо. А вот молодая женщина отличается европейскими чертами. И если в глазах остальных жителей читается уважение, почтение, и восхищение нашей расой (удивляюсь и ловлю себя на мысли, что уже причисляю себя к «лесному народу»), то она осматривает отряд с неподдельным любопытством. Сложилось такое впечатление, будто эльфов и единорогов девушка тоже видит впервые в жизни.

***

Серый. Трель соловья застала нас врасплох и означала, возвращение гнома и светлой эльфийки. Почему, так быстро? Хотя нет — часы показывают, что наоборот задержались. Надо же, как время пролетело незаметно.

Мы с Теоной заметались по комнате, хватая и судорожно натягивая вещи. В коридоре уже заволновались, и настойчивей нажали на звонок. Электронный голос певчей птицы перешёл в хрип, когда запыхавшиеся, потные и растрёпанные мы отворили дверь.

Из-за груды сумок и ящиков высунулась физиономия гнома. Он внимательно оглядел творившийся внутри хаос (перевёрнутый вместе с посудой стол, разбросанная одежда, сорванные шторы, лишенный ножек-колёсиков и потому заваленный на один бок диван) и задал весьма разумный вопрос:

— А что это вы тут делали?

На что тёмная эльфийка, сплюнула коротенький завитой волосок и выдала ответ, после которого я покраснел, словно вареный рак:

— Практиковались в применении языка дроу.

Тут, со стороны лифта подтянулась Цветаниэль. Усталая блондинка волочила по полу громадную сумку, но, услышав только последнюю фразу, оживилась и предложила мне свои услуги:

— Если хочешь, я тоже могу с тобой позаниматься языком.

Теперь пунцовым стало не только моё лицо, но ещё и уши.

- Нет, спасибо конечно за предложение, но я сегодня устал. Может потом как-нибудь.

— «Я тебе дам «потом!»» — взорвалось в мозгу.

«Ой, красавица моя, извини. Совсем не то имел в виду», — поспешил я исправиться.

— А беспорядок почему? — не унимался Базирог.

— Это Серый показывал мне, на что он способен, как мужчина, — с загадочной улыбкой ответила Теона. Затем после затянувшейся паузы (достаточной для того, чтобы я окончательно сгорел от стыда) продолжила: — В том плане, насколько хорош он в по…

Бестия сделала вид, что поперхнулась посреди слова, потом закончила предложение:

— В поединке. Без оружия. Один на один.

- И как успехи?

— У Вотара довольно странная, но эффективная техника.

Ну почему в голову, при её ответах лезут непристойные мысли?

— Против эльфа он сделать ничего не успеет (разве что продержится три-пять секунд до прихода подкрепления). Но среди людей равного Сергею отыскать сложно. В поединке с орком или гномом есть шансы выйти победителем, — выдала резюме «королева клинков».

— «Спасибо за комплимент, дорогая».

— Ну, насчёт гномов это, мы ещё посмотрим, — засомневался Базирог. — А то я уж было подумал, что вам, пришлось с кем-то сражаться?

— Нет, это мы вдвоём кувыркались.

Больше слушать эту бесстыдницу сил не было, и я с радостью кинулся помогать остроухой копии сестры затаскивать покупки.

***

Где-то за городом на даче. Семь человек, собравшихся за большим круглым столом, в молодости являлись представителями различных профессий: врач, учитель, офицер, продавец, спортсмен, инженер и повар. Спустя годы каждый из них добился определённого успеха в своём деле: один стал хозяином целой сети аптек, другой директором школы-интерната, третий дослужился до полковника, четвёртый превратился в крупного бизнесмена, пятый являлся известным тренером, шестой заведующим лабораторией в НИИ, а последний успешным ресторатором. Не хватало разве что, политика. Однако именно его отсутствие и являлось причиной сегодняшнего схода «авторитетов».

Здесь нет иерархии. Все равны и каждый вправе высказывать своё мнение. Его обязательно внимательно до конца выслушают, ни разу не перебьют. Затем негласные правители города примут конкретное решение, удовлетворяющее интересам всех. Освободившееся место в «большой восьмерке» мечтает занять ещё один участник схода — Ювелир. Именно он был правой рукой Добровольского, и сейчас «семеро тайных» решали, достоин ли этот человек пополнить их ряды. Говорить Ювелиру положено последним. И его слово определит: будет ли поделен бизнес прежнего хозяина или заместителя признают равным членом стаи.

— Сувенирщик ласты завернул. Но должок оставил. Нехорошо получилось: общак потратил, а товар ментам ушёл. Думаю, будет правильно, если компенсируем облом с барышами, распределив дела прежнего хозяина поровну, — первым высказался бизнесмен, практикующий крупные финансовые махинации.

— Сперва надо наказать беспредельщиков, — предложил тренер, банда которого специализируется на заказных убийствах, грабежах и вымогательствах. — Это не наезд, и не залётные. Мусора уже почти вычислили того, кто устроил мочилово. Пусть козлы по нашим законам ответят.

— Разорвать слаженный организм на части проще, чем попытаться дать ему новую жизнь, — вступил в разговор фармацевт, выпускающий поддельные лекарства и торгующий человеческими органами. — Да и не получится поровну — всем кусков не достанется. Справедливо устроить что-то вроде аукциона: предложивший большую сумму, башляет её в общак и забирает то, чем конкретно заинтересуется. А кому ничего не достанется, поделят деньги.