«Ксеркс любит ту женщину».

По какой-то причине его признание расстроило Роуз.

– Значит, вы думаете, что, когда она окажется у вас в руках, вы сможете ее спасти? Вы думаете, что сможете ее разбудить?

– Из-за мужа ее жизнь сейчас висит на волоске, – произнес он низким голосом. – Я не допущу, чтобы она умерла.

Сердце Роуз упало. Он так любит женщину, что намерен спасти ее любой ценой. «Это и есть настоящая любовь», – подумала она.

– Вы любите ее по-настоящему, не так ли? – прошептала она.

Его губы дернулись в саркастической усмешке.

– Вижу, вы представляете меня этаким благородным рыцарем на белом коне.

– Разве вы не такой?

Он фыркнул:

– Вы очень романтичны, не так ли?

Эти слова прозвучали как оскорбление. Роуз покраснела:

– Только из-за того, что я умею видеть в людях хорошее…

– Вы ошибаетесь на мой счет. – Глаза Ксеркса заблестели. – И еще в одном вы ошибаетесь. Вашего благородного рыцаря не существует.

Роуз глубоко вздохнула:

– Я верю, что он существует, и буду его ждать.

Он издал неприятный смешок:

– Вера – это ложь, которой тешат себя дураки, когда боятся смотреть в глаза реальности.

Она пристально посмотрела на него. Ничего более циничного она в своей жизни не слышала.

– Вы действительно так считаете? – спросила она.

Ксеркс повернулся лицом к морю. Ее руки сами потянулись к нему, чтобы утешить его, но она вовремя остановилась. Разве такой богатый и влиятельный мужчина, как Ксеркс Новрос, нуждается в ее утешении? В чьем бы то ни было утешении?

– Возможно, вы правы. – Она покачала головой. – Но жизнь без веры, без настоящей любви – это не жизнь.

– Для меня главное в жизни заключается в другом. В способности держать свое слово.

Роуз пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы не обнять его и не спросить, что оставило такую глубокую рану в его душе.

– Но это бессмысленно, если нет любви, – тихо сказала она. – Должно быть, вы и сами это знаете. Именно по этой причине вы так отчаянно хотите спасти Летицию. Потому что любите ее.

Он медленно повернулся к ней лицом:

– На самом деле вы так не думаете.

– Правда?

Ксеркс не ответил. Глубоко вздохнув, она сменила тему:

– Но что, если ваш план не сработает? Что, если Ларс в конце концов передумает менять ее на меня?

– Это должно сработать.

В его взгляде что-то промелькнуло. Отчаяние? Страх?

Сердце Роуз разрывалось от сочувствия к этому сильному мужчине, который казался ей таким одиноким и несчастным. Но в тот момент, когда она снова потянулась к нему, чтобы утешить, он уставился на что-то у нее за спиной. Затем сказал что-то по-гречески. Обернувшись, она увидела направляющегося к ним телохранителя. Подойдя к Ксерксу, мужчина что-то сказал ему на ухо.

Глаза Ксеркса расширились. Сделав глубокий вдох, он обратился к Роуз:

– Нам пора ехать.

– Ехать? – пробормотала она. – Куда?

Внезапно он снова превратился в прежнего Ксеркса, решительного и самоуверенного.

– У меня возникло желание посетить тропический пляж.

– Но сейчас же холодно и дождь идет, – удивилась она.

– Там тепло, даже жарко. – Положив руки ей на плечи, он с улыбкой заглянул ей в глаза: – И я хочу увидеть вас в бикини.

– Куда вы собираетесь меня везти?

Но Ксеркс просто повернулся и направился к дому вместе с охранником. Роуз ошеломленно уставилась ему вслед. Что вынудило его так внезапно изменить планы?

Раздраженно топнув ногой, она крикнула:

– Если вы думаете, что я надену для вас бикини, вы спятили!

Во второй половине дня они прилетели на самолете Ксеркса на остров в Индийском океане с белым песком и пальмами, листья которых лениво покачивались от теплого ветерка.

– Где мы? – спросила Роуз, выйдя из автомобиля.

– На Мальдивах, – ответил Ксеркс.

Она уставилась на него в изумлении:

– Этот остров тоже принадлежит вам?

Он мягко рассмеялся:

– Не мне. Моему другу Никосу Ставракису. Он любезно предоставил мне один из коттеджей. Телохранители будут жить в домике у ворот в миле отсюда.

Взяв ее за руку, Ксеркс провел ее в небольшой желтый коттедж. На деревянном потолке в гостиной работал вентилятор. Через окна до пола Роуз увидела веранду, бассейн, пляж с пальмами и лазурь океана.

Роуз читала о курортах Ставракиса в глянцевых журналах. Они предназначались для людей состоятельных. Обычному человеку вроде нее отдых здесь не по карману. Она бы не удивилась, если бы узнала, что одна ночь пребывания здесь стоит десять тысяч долларов.

Похоже, они с Ксерксом будут занимать это уединенное гнездышко вдвоем. Она забеспокоилась.

– Здесь нет телевизора, – сказал он, – но думаю, что вы не заметите его отсутствия.

– Почему? Чем мы будем заниматься?

– Здесь есть множество книг и журналов. Домработница будет готовить для вас все, что вы пожелаете. Вам не придется ничего делать. Только плавать и загорать.

Роуз посмотрела на него с удивлением, затем нахмурилась:

– Но я не смогу покидать территорию курорта.

– Вам это не понадобится.

Значит, она не сможет сходить в какую-нибудь деревушку, чтобы позвонить оттуда домой. Здесь нет ни телефона, ни компьютера, подключенного к Интернету.

– Вам нравится коттедж?

– Конечно. Для тюрьмы здесь очень красиво, – горько усмехнулась она.

– Ну, если вы хотите так к этому относиться…

– А как, по-вашему, мне следует к этому относиться?

– Как к отпуску. – Подняв темную бровь, он окинул взглядом ее фигуру и улыбнулся. – Жаль, что в Греции у нас не было времени собрать вещи. К счастью, я заранее распорядился, чтобы для вас здесь приготовили новый гардероб.

Подойдя к встроенному шкафу, он открыл дверцу, и Роуз увидела множество разноцветных бикини и несколько коротких пляжных халатиков из прозрачного шелка. Больше там ничего не было. Упершись руками в бока, она спросила Ксеркса:

– Где нормальная одежда?

– Неужели здесь ничего нет, кроме бикини? – произнес он невинным тоном.

Все оказалось гораздо хуже. Заглянув в глубь шкафа, Роуз увидела мужские шорты и футболки, и внутри ее все упало.

– Что делают ваши вещи в моем шкафу?

Он подошел ближе, и Роуз почувствовала тепло, исходящее от его тела.

– Это коттедж для новобрачных. Здесь всего одна спальня. И кровать тоже одна.

Внезапно у Роуз пересохло во рту. Отойдя от него, она сказала:

– В таком случае я буду спать на диване в гостиной.

– Вы будете спать на кровати, а я на диване.

– Это несправедливо.

Она не сможет уснуть, зная, что Ксеркс ворочается на узком диване. Он пообещал, что не прикоснется к ней, и она начала ему верить.

– Полагаю, мы могли бы вдвоем…

– Нет, – грубо перебил ее он.

– Почему?

– Находиться рядом с вами, когда запрещено к вам прикасаться… Разве мужчина может такое вынести? Или вы хотите заставить меня страдать?

Их взгляды встретились, и у Роуз на несколько секунд перехватило дыхание. Затем она моргнула и озорно улыбнулась:

– Да, немного пострадать вам не повредило бы.

Его черты начали медленно расплываться в улыбке, и ее вдруг со страшной силой потянуло к нему.

Она начала к нему приближаться, но в этот момент раздался стук в дверь.

– Войдите, – сказал Ксеркс.

– Сэр. – В дверях появился один из его телохранителей.

Кивнув ему, Ксеркс обратился к Роуз:

– Я должен вас оставить.

– Но мы ведь только что сюда приехали.

– У меня возникли срочные дела. Я вернусь позже. – Он нежно провел по ее щеке. – Я распорядился, чтобы домработница приготовила ужин и накрыла стол на улице.

После его ухода Роуз немного погуляла по пляжу, затем отправилась смотреть сад за коттеджем. Было так странно находиться одной в этом прекрасном месте. Пройдя аллею с тропическими растениями, она увидела два огромных куста бледно-розовых полиантовых роз.

Как удивительно. Любимые цветы Ксеркса на тропическом острове в Индийском океане в тысячах миль от Греции.

Роуз протянула руку и осторожно, чтобы не уколоться, сорвала один цветок. Вернувшись в дом, она поставила его в крошечную вазочку, которую нашла на кухне.

Она провела остаток дня в уединенном коттедже. Читала книгу на веранде, любовалась игрой солнечных бликов на бирюзовой глади океана. Домработница приготовила для нее вкусный обед.

Она должна была получать от всего этого удовольствие, но ей чего-то не хватало. Или кого-то.

Эта мысль возмутила ее. Она не может скучать по Ксерксу. Это нелепо. Он ее похитил и не дает ей связаться с родными.

Однако в самолете по пути сюда они хорошо провели вместе время. Ксеркс угощал ее греческими блюдами, задавал ей вопросы о семье и о работе. Поначалу она давала ему колкие односложные ответы, но его это, похоже, нисколько не обижало. Напротив, он получал удовольствие. Постепенно их разговор стал более непринужденным, и Роуз обнаружила, что ей приятно быть в центре его внимания.

Она чувствовала тепло его руки, лежавшей за ней на спинке дивана. Всякий раз, когда он смотрел на нее своими темными глазами, внутри ее все начинало трепетать.

Роуз не хотелось думать об этом сейчас. Как и о том, почему она принесла для него его любимый цветок.

Отложив книгу, она заметила на пляже полную молодую женщину, в одиночку несущую стол. Забыв о своих проблемах, она тут же поднялась с шезлонга и выскочила на улицу:

– Подождите! Я вам помогу.

Полная темноволосая домработница, которая выглядела всего на несколько лет старше Роуз, покачала головой, хотя едва сдерживала слезы.

– Пожалуйста, миссис Вади, позвольте мне вам помочь.

– Нет, – пробормотала женщина, после чего разрыдалась.

Через несколько минут Роуз выяснила, что она горюет о муже, умершем полгода назад, и беспокоится о больной восьмилетней дочке, которую ей пришлось оставить дома одну.

– Но я не могу потерять эту работу, мисс, – всхлипывала она, вытирая слезы. – Если я это сделаю, я не смогу содержать свою дочь.

– Идите домой, – настаивала на своем Роуз.

– Не могу.

– Мистер Новрос не узнает, что вы ушли. – Видя, что женщина колеблется, Роуз схватила ее за рукав. – Прошу вас, послушайте меня, – прошептала она. – Я сейчас нахожусь далеко от своей семьи. Позвольте мне помочь вам быть с вашей.

Рыдая, домработница порывисто обняла ее, после чего объяснила ей, как готовить несколько восточных блюд. Но, оказавшись через полчаса на кухне, оборудованной самой современной техникой, Роуз обнаружила, что все забыла. После нескольких неудачных попыток она решила приготовить свое любимое блюдо. Пока варилась рисовая лапша, она вышла на улицу и сервировала столик на пляже.

Солнце уже находилось на западной стороне небосклона и окрашивало его в оттенки красного и оранжевого. Зная, что Ксеркс может вернуться с минуты на минуту, она быстро вернулась в дом, приняла душ и расчесала волосы. Но что ей надеть? У нее ничего нет, кроме купальников и пляжных халатиков. Будь она любовницей Ксеркса, она бы выбрала одну из его футболок.

В конце концов она надела два халатика поверх бледно-розового бикини, посмотрелась в зеркало и довольно улыбнулась, представив себе реакцию Ксеркса на ее скромный внешний вид.

Собираясь отнести на улицу поднос с ужином, она под влиянием сиюминутного порыва прихватила вазочку с розой. Сев за столик, она залюбовалась красками заката, отражающимися в сапфировых водах океана.

Когда кто-то легонько тряхнул ее за плечо, она резко дернулась. Оказывается, она сама не заметила, как заснула, положив голову на сложенные на столе руки.

Уже почти стемнело. На фоне догорающего заката она различила силуэт Ксеркса. Он переоделся в самолете. Она заметила, что его джинсы и футболка были пыльными, а от хорошего настроения не осталось и следа.

– Что случилось? – спросила она.

– Забудьте об этом, – пробурчал он, садясь напротив нее.

– Где вы были?

Он мрачно покачал головой:

– Это не имеет значения. – Он посмотрел на цветок: – Откуда взялась эта роза?

Роуз закусила губу:

– Почему вы спрашиваете?

– Я слышал, что роза национальный цветок этих островов. Но я никогда раньше здесь не был, и персонал не знает, что мне нравятся эти цветы. Это совпадение? Или, может, вы попросили принести розу для меня?

Щеки Роуз вспыхнули.

– Нет. Я сама ее принесла. Гуляя по саду, я с удивлением обнаружила здесь те же цветы, что растут на вашем острове за тысячи миль отсюда. Я подумала, что вам будет приятно.

– Мне приятно, – тихо сказал Ксеркс. – Спасибо.

Взяв розу, он воткнул ее в светлые волосы девушки. Его пальцы нежно коснулись ее щеки. Затем, глядя на нее блестящими от желания глазами, он взял ее за руку, и она, несмотря на теплый вечер, задрожала.

– Простите за опоздание, – пробормотал он, затем посмотрел на блюдо с крышкой. – Ужин, наверное, уже остыл. – Он разочарованно вздохнул. – Последний час я думал о том, что приготовила для нас домработница. Мальдивская кухня, должно быть, особенная. В ней сочетаются элементы южноазиатских и ближневосточных кухонь. Никос в восторге от стряпни этой женщины. Не могу дождаться, когда…

Не договорив, Ксеркс снял крышку с блюда и с недоверием уставился на его содержимое.

– Спагетти болонезе? – разочарованно спросил он.

– Да. Это очень вкусное блюдо, – сказала Роуз. – К тому же лапша не обычная, а рисовая. – Она взяла ложку. – Давайте я вас обслужу.

Положив им обоим немного лапши, она с удивлением посмотрела на неаппетитный комок на своей тарелке. Нужных ингредиентов не было, и ей пришлось импровизировать. Вместо обычных спагетти она использовала рисовую лапшу. Поскольку в холодильнике не оказалось ни соуса маринара, ни томатной пасты, она приготовила что-то наподобие соуса из свежих помидор, добавив туда рубленое мясо и понемногу разных специй.

Да, приготовление пищи не самая сильная ее сторона, но испортить такое простое блюдо, как спагетти, невозможно.

Попробовав свою стряпню, Роуз убедилась в обратном. На вкус она оказалась ужасной, но она заставила себя ее проглотить и произнести «м-м-м».

Когда Ксеркс попробовал лапшу, его лицо исказила гримаса. Вытерев рот салфеткой, он поднялся и бросил ее на стол.

– Не знаю, это шутка или домработница была пьяна, но я буду жаловаться, – заявил он.

– Нет! – Схватив его за запястье, Роуз умоляюще посмотрела на него: – Это не ее вина, а моя!

Его брови взметнулись.

– Что?

– Я отправила миссис Вади домой. Убедила ее, что смогу приготовить хороший ужин и вы не почувствуете разницы. – Роуз печально покачала головой: – Не говорите ее работодателю, что она ушла. Если он узнает, то уволит ее. Она не виновата, что я так плохо готовлю.

Не сводя с нее глаз, Ксеркс медленно опустился на стул:

– Почему вы отправили ее домой?

– Я разговаривала с ней. Ее муж недавно умер. Ей пришлось оставить больную дочку одну дома. Она нуждалась в помощи, и я ей помогла.

– Вы с ней… разговаривали? – недоверчиво спросил он. – Некоторые из моих сотрудников работают на меня больше десяти лет, а я ничего не знаю об их личной жизни.

– Это очень печально.

– Мне так нравится, – ответил он. – Но я не понимаю, почему вы вызвались ей помочь, когда могли просто отдыхать на пляже. Это ее работа. Ее проблемы. Не ваши.

Роуз прислушалась к плеску волн.

– Я должна была отпустить ее домой к маленькой дочке, – прошептала она, гордо вскинув подбородок. – Потому что все, чего я хочу, это поговорить со своей матерью.

– Я не могу рисковать, – ответил Ксеркс после долгого молчания. – Если вы поговорите с матерью, она может обратиться к американским властям, и скоро весь мир облетит сенсационная новость о похищении молодой невесты.

– Что, если я дам вам слово, что она никому ничего не скажет?

Он покачал головой:

– Мне очень жаль.

Роуз тупо уставилась в свою тарелку.

– В любом случае я должна была отпустить миссис Вади к дочери. Я не могла поступить иначе.

– Я по-прежнему не понимаю.

– Разве у вас нет семьи?

– Нет.

– Никаких братьев и сестер?

– Я был единственным ребенком.

– Ваши родители живы?

– Мать умерла, а отца у меня нет.

– Мне очень жаль, – мягко произнесла Роуз, крепче сжав его руку.

Какое-то время Ксеркс сидел неподвижно, затем внезапно отдернул руку.

– Дайте угадаю, – саркастически усмехнулся он. – Вы жили в большом доме, ваша мать кормила вас вкусными пирожками, когда вы возвращались домой после школы, а отец в выходные брал вас с собой на рыбалку.

– Да, – просто ответила она.

– Понятно. – Он отвернулся. – У вас была не жизнь, а сказка.

Встав из-за стола, он взял ее за руку и помог ей подняться:

– Пойдемте ужинать. Только на этот раз готовить буду я.

Когда они шли к дому по пустынному пляжу, в небе уже светила полная луна. Войдя в кухню, он включил свет.

– Я могу вам помочь, – предложила Роуз.

– Не надо. – Ксеркс указал ей ножом на стул у кухонной стойки: – Присаживайтесь.

Он быстро приготовил два больших сэндвича с индейкой и порезал спелое манго. Открыв две бутылки индийского пива, он сел напротив нее и с улыбкой произнес:

– Приятного аппетита.

Сэндвич оказался вкусным, манго – сочным. За едой Роуз украдкой поглядывала на Ксеркса, размышляя над его словами, которые повторялись у нее в голове.

У вас была не жизнь, а сказка.

Еще пару дней назад она думала, что сказка – это выйти замуж за красивого барона. Теперь она осознала, что сказкой была вся ее жизнь до встречи с Ларсом.

У нее были родные и друзья, которых она любила. Собственная маленькая квартирка, находившаяся всего в часе езды от ее родного дома. Она зарабатывала достаточно денег, чтобы оплачивать счета. Что с того, что для этого ей приходилось работать в двух местах? Что с того, что ее старенькая машина все время ломалась и из-за этого она иногда опаздывала на работу? У нее было счастливое детство.

Ей очень повезло.

– Вы правы, – произнесла она, сглотнув. – Думаю, у меня была счастливая жизнь.

Доев остатки сэндвича и запив их пивом, Ксеркс наклонился вперед:

– Она у вас еще будет. Такая женщина, как вы, заслуживает счастья.

Когда его взгляд задержался на ее губах, ее дыхание участилось. Он собирается ее поцеловать. Она это чувствует.

Он нежно погладил ее по щеке, отчего ее сердце бешено заколотилось.

– Я никогда раньше не встречал женщин, подобных вам. Вы меня приятно удивляете.

В этом коттедже для новобрачных на пустынном пляже они словно находились в своем собственном мире. Его близость так опьяняла, что ее разум отказывался работать. Дрожа, она облизала губы. Она бросится в его объятия, если он ее поцелует? Отдастся ему?

Ксеркс посмотрел на ее почти пустую тарелку:

– Вы закончили?

Роуз молча уставилась на него, не в силах даже произнести «да».

Улыбнувшись, он взял ее за руку:

– Пойдемте.

Отведя ее в гостиную, он усадил ее на диван, после чего снова отправился на кухню и вернулся с подносом. Бросив несколько свежих ягод малины в хрустальный бокал, он наполнил его шампанским и протянул ей.

– Что это? – прошептала она, не торопясь взять напиток.

– Небольшая компенсация.

– За что?

– За то, что я испортил вашу брачную ночь.

Ксеркс вложил ножку бокала ей в руку и, согнув ее пальцы, накрыл их своими.

– Я намерен все вам возместить сейчас, – произнес он, не сводя с нее блестящих от желания глаз.

– Каким образом? – пролепетала Роуз.

Она так нервничала, что ей казалось, будто у нее внутри порхают бабочки. Чтобы немного расслабиться, она выпила шампанское, но это не помогло. Напротив, ее волнение только усилилось. Не сказав ни слова, Ксеркс заново наполнил ее бокал.

Бросив на нее взгляд, полный обещания, он прошел в ванную. До Роуз донесся шум льющейся воды. Когда она представила себе их с Ксерксом в ванне для двоих, у нее перехватило дыхание.

– Все готово, – прошептал он, вернувшись в комнату и протянув ей руку.

Взявшись за нее, она поднялась с дивана и пошла с ним в ванную. Ее ноги словно налились свинцом, голова кружилась.

По-прежнему держа в руке бокал, который каким-то образом наполнился снова, она посмотрела на огромную ванну с белой пеной. За окном простирался освещенный луной океан. Оно было приоткрыто, и в него проникал теплый ветерок с ароматами экзотических цветов.

Протянув руку, Ксеркс развязал пояс ее халатика и снял его с нее, затем второй. Когда она оказалась перед ним в одном бледно-розовом бикини, его оценивающий взгляд скользнул по ее телу, отчего у нее на груди выступила капля пота и покатилась вниз по ложбинке.

Его чувственные губы растянулись в улыбке.

– Снимайте бикини, – прошептал он.

Не подумав, Роуз начала развязывать веревочки бюстгальтера сзади на шее. Затем, осознав, что делает, она быстро опустила руку.

– Я не могу, когда вы на меня смотрите, – пробормотала она.

– Я отвернусь.

Он это сделал, и Роуз уставилась на его мускулистую спину и узкие бедра, обтянутые джинсами.

– Все? – спросил он.

Вздрогнув, она снова подняла руку. Неужели она только что на него пялилась? Похоже, шампанское усыпило ее бдительность.

Девушка посмотрела на ванну с ароматной пеной. Она знает, что ей следует немедленно отсюда уйти. Сказать Ксерксу, что не нуждается в его «небольшой компенсации». Пойти одной в спальню и закрыть дверь. Это было бы благоразумно.

Но внезапно ей расхотелось быть благоразумной.

Она провела двадцать девять лет в ожидании своего принца. Берегла свою невинность для мужчины, который подарил бы ей настоящую любовь. Но что, если он не появится в ее жизни? Что, если Ксеркс прав и ее рыцаря в сверкающих доспехах просто не существует? Что, если она потратила всю свою молодость, лелея романтическую мечту, которая никогда не сбудется?

Она устала быть одинокой. Ждать идеальной любви, отказывая себе в удовольствиях.

Роуз глубоко вдохнула. Если ей, в отличие от ее родных, не суждено встретить настоящую любовь, значит, она будет довольствоваться маленькими радостями. Будет рисковать.

Она сняла с себя сначала бюстгальтер, затем трусики и бросила на пол. Забравшись в ванну, она на несколько секунд погрузилась с головой под воду. Вынырнув, она почувствовала себя заново родившейся.

За спиной у нее послышался приглушенный стон.

Обернувшись, она увидела Ксеркса, стоящего у ванны и смотрящего на нее. Проследив за направлением его взгляда, она обнаружила, что по ее груди текут струйки воды, а соски потемнели.

Ее щеки загорелись, и она по шею погрузилась в воду.

– Вы сказали, что отвернетесь! – возмутилась она.

Ксеркс рассмеялся:

– Я не говорил, что буду все время стоять к вам спиной. – Он сел на край ванны. – Вы так прекрасны. Вы самая красивая женщина, какую я когда-либо видел.

Она еще больше покраснела:

– Должно быть, шампанское ударило вам в голову.

– Я не пил шампанского.

Ее глаза расширились, когда она увидела почти пустую бутылку на полу рядом с ванной. Неужели она одна столько выпила? Судя по тому, что ее разум отказывается соображать, это действительно так. Она покачала головой:

– Вы… вы пытаетесь?..

– Что?

– Напоить меня.

Его чувственный рот искривился.

– Зачем мне это делать?

– Не знаю, – ответила она. – Это я у вас должна спросить.

Ксеркс провел рукой по ее мокрым волосам. У нее перехватило дыхание, рот приоткрылся. Он склонился над ней. Их губы разделяло всего несколько дюймов. Она придвинулась еще ближе, желая, чтобы он ее поцеловал.

– Перевернитесь на живот, – приказал он, и Роуз не раздумывая подчинилась.

Она почувствовала, как его руки легли на ее обнаженные плечи и стали разминать затекшие мышцы. Она закрыла глаза. Это настоящее блаженство. Это рай.

Это опасно.

– Значит, вы думаете, что я все это затеял, чтобы вас соблазнить, – спокойно произнес он.

Услышав от него эти слова, она поняла, как нелепы ее страхи. Он влиятельный, безжалостный миллиардер, у его ног лежит весь мир. Кроме того, он сам сказал, что любит другую женщину. Женщину, на которую собирается обменять ее, Роуз. Она всего лишь его пленница, пешка в его игре. Зачем ему прилагать столько усилий, чтобы соблазнить ее, бывшую подругу его врага, официантку из кафе, которая ничего собой не представляет?

– Я знаю, что это звучит нелепо, – пробормотала она.

– Вы правы, – тихо сказал он. – Я собираюсь вас соблазнить.

Ее глаза широко распахнулись. Пока он разминал ей плечи и спину, она смотрела в окно на черные силуэты пальм на фоне облаков, освещенных луной, на звезды, мерцающие в ночи.

Она чувствовала его силу, тепло его дыхания на своей шее. Затем его губы нежно коснулись мочки ее уха, и по ее телу пробежал электрический ток.

– Я хочу вас, – прошептал он, – и намерен сделать все возможное, чтобы вас завоевать.

У нее кружилась голова от шампанского, но еще более опьяняющим было новое ощущение, нарастающее внутри ее. Эта странная боль запретного желания.

Она снова закрыла глаза и стала ждать, когда он заключит ее в объятия и положит конец этой сладкой пытке.

Ведь он поцелует ее, не так ли?

– Я хочу вас, Роуз, – прошептал Ксеркс. – Очень хочу. – Судорожно вздохнув, он добавил: – Но вы заслуживаете лучшего мужчину, чем я.

Внезапно она перестала чувствовать его тепло. Она резко повернулась, и хлопья пены полетели на пол.

Ксеркс вышел из ванной и закрыл за собой дверь.