Вопрос, что называется, на засыпку: чьими голосами может быть введён в совет директоров акционерного общества его будущий председатель, если более пятидесяти процентов акций этого акционерного общества принадлежит государству?

Ответ, выявленный в своё время Счётной палатой России, мог бы стать событием общественного значения и стал бы таковым в любой другой стране. Но не у нас - для нас это оказалось нормой. Эта “норма” такова, что о ней стоит напомнить: в совет директоров РАО “ЕЭС России” А.Чубайс на собрании акционеров, состоявшемся 4 апреля 1998 года, был введён голосами ... исключительно иностранных акционеров, преимущественно (более двух третей от общего числа голосов, поданных “за”) - голосами такой небезызвестной организации, как “The Bank of New York I.N.”.

Вопросы для самопроверки: чьи интересы этот член совета директоров отстаивает в российском энергетическом монополисте? И главное: что это за интересы, если от того, что супергигантом управляет их ставленник, иностранные акционеры никакой легальной коммерческой выгоды не получают: ни роста курсовой стоимости акций, ни реальных дивидендов?

Дополнительная информация: на момент составления списка участников собрания акционеров пятнадцать из семнадцати иностранных юридических лиц, голосовавших за нашего “героя”, включая давший основные голоса вышеупомянутый “The Bank of New York I.N.”,... вообще не являлись акционерами РАО “ЕЭС России”. Соответственно, по закону они и не имели права голоса на этом собрании акционеров. Но коллегия представителей государства во главе с С.Кириенко и Председатель собрания акционеров Е. Ясин сделали вид, что не замечают нарушения закона, и предоставили этим иностранным юридическим лицам право голосовать. Благодаря чему иностранные компании получили возможность ввести А. Чубайса и Б. Бревнова (ради рассмотрения информации о злоупотреблениях которого и созывали собрание) в состав Совета директоров РАО...[1]

И ещё пара вопросов. Как коллегия представителей государства в РАО “ЕЭС России” во главе с гражданином С. Кириенко, представлявшая государство - держателя более половины акций РАО, после этого могла избрать прямого ставленника зарубежного капитала на пост председателя совета директоров российского стратегического монополиста? Можно ли хотя бы даже представить подобное в США, Франции, Германии, Китае? И как представители государства после этого (или даже независимо от того) допустили введение в Устав РАО нормы о практической невозможности смещения этого руководителя со своего поста, что бы он ни вытворял?

Стоит ли после этого удивляться:

- постоянному росту тарифов на электроэнергию;

- веерным отключениям электроэнергии у потребителей, включая значимые социально (больницы) и стратегически (военные объекты);

- отсутствию у государства реальных доходов от своей собственности - контрольного пакета акций РАО “ЕЭС России”;

-реформированию РАО “ЕЭС России”, по существу, эквивалентному даже не его уничтожению как предприятия-монополиста, а ликвидации всей высоконадёжной единой электроэнергетической системы страны - одного из немногих безусловно положительных факторов для развития всей нашей экономики (подробнее об этом - см. ниже “О введении в России конкуренции между разными сигналами светофора...”)?