Для примера обратимся к знаменитым залогово-кредитным аукционам.

1995 год. Год, в котором федеральный бюджет по доходам был существенно превышен за счёт инфляции. Но одновременно год, когда бюджету якобы настолько не хватало средств, что Правительством была запущена пирамида госзаимствований (государственных казначейских обязательств - ГКО). И в это же время у Правительства вдруг откуда ни возьмись появились “временно свободные” валютные средства.

И Правительство, ну просто абсолютно не представляя себе, как бы толково, на пользу Родине, этими деньгами распорядиться, взяло и разместило около шестисот миллионов долларов этих средств на депозитах в частных банках. Причём, Правительство передало наши деньги в долг банкам под процент, существенно меньший, нежели процент, под который это же самое Правительство в это же время брало деньги в долг, в том числе размещая рублёвые (с учётом уровня инфляции) гособязательства. И практически сразу наше Правительство объявило, что в бюджете не хватает средств, а потому необходимо вновь взять денег в долг.

Но просто так такому Правительству в кредит, разумеется, никто денег не даст - нужен залог. Причём стоит отметить, что это только наше доброе Правительство даёт банкам бюджетные деньги в долг без всякого залога, а затем берет у этих же “уполномоченных” банков - под залог. Во всём мире все - наоборот. Когда дают деньги в долг государству - никакой залог не требуется. Государство же, например, США, ни цента госсредств не может оставить даже на ночь в коммерческом банке, не получив от банка полноценный ликвидный залог.

... Правительство объявило, что в качестве залога оно готово использовать принадлежащие государству контрольные пакеты акций ключевых стратегических предприятий страны: “Норильского никеля”, “ЮКОСа”, “Сибнефти”. Причём оценило Правительство эти пакеты в совершенно смехотворные суммы по сравнению не только с реальной стоимостью предприятий, но даже и по сравнению с их годовой прибылью.

При этом сразу же было понятно, что выкупать залог Правительство не собирается. Это явственно следовало в том числе из того, что в проект федерального бюджета на следующий 1996 год Правительством никакие суммы на выкуп залога изначально не закладывались. То есть, для всех потенциальных участников сделки и наблюдателей было очевидно, что речь идёт фактически об отчуждении госсобственности, о просто растянутой во времени процедуре продажи контрольных пакетов акций этих предприятий.

Почему так сложно, зачем? Ответ ясен: чтобы передать государственную собственность “друзьям” нашего Правительства в обход закона о приватизации госсобственности и принимаемой как федеральный закон программы приватизации госсобственности. И кроме того, как мы уже заметили выше, передать по совсем смешным ценам.

Вот тут уже от желающих спасти родное государство, которому не хватает денег, и дать ему кредит, естественно, отбоя нет. Но ведь и Правительство у нас щепетильное - не у каждого возьмет...

Конечно, некоторая видимость минимальных приличий была соблюдена: даже организована некая пародия на конкурс среди желающих дать государству в долг под такой замечательный залог. Что конкурс был фикцией, несмотря на все судебные процессы, проигранные конкурентами, не допущенными до лакомого куска, позже, по существу, признали и сами его организаторы. Помните, уже в 1999 году, когда их обвиняли в недобросовестности действий при проведении конкурса по продаже пакета акций Связьинвеста, они сами же говорили прямо: первый раз организовали честный конкурса все недовольны...