Калиста обедала во время перерыва, как вдруг у нее завибрировал телефон. Она прочитала полученное сообщение.

«Сегодня вечером в 18:30 посещение с мистером Грантом приема для бизнесменов Филадельфии. Дресс-код: деловой. Машина будет подана в 18:00. В четверг вечером — прием по случаю вручения премий компанией „LG Энтерпрайзис“. Вечером в пятницу — Фестиваль искусств на реке Делавэр. Детали дополнительно.

С. Майлз, помощник Лео Гранта».

Калиста покачала головой и еще раз пробежалась по сообщению. Это было не приглашение, а список заданий, причем от ассистента!

Гнев возрастал в ней с каждой секундой. Кем Лео себя возомнил?

Пришло еще одно сообщение, и у Калисты возник большой соблазн удалить его, не читая, но любопытство победило.

«Пожалуйста, подтвердите свое присутствие.

С. Майлз, помощник Лео Гранта».

Возмущению Калисты не было предела. Ей захотелось высказать мистеру Майлзу и мистеру Гранту все, что она о них думает. Однако она взяла себя в руки и досчитала до десяти.

Сделав глубокий вздох, Калиста продумала свои действия. Первый шаг: игнорировать приказы. Второй шаг: заблокировать номер этого Майлза. Третий шаг: весь день работать, а вечером позаниматься спортом.

Лео ушел с вечера раньше, обеспокоенный тем, что на нем так и не появилась Калиста. Уже из лимузина он набрал ее номер, но его сразу переключили на голосовую почту. Им овладело раздражение.

Он бы сам не ходил на вечер, но организаторы просто умоляли его появиться. У него и в мыслях не было, что они задумали вручить ему награду за открытие новых рабочих мест в Филадельфии.

Из-за всеобщего внимания Лео почувствовал себя не в своей тарелке, тем более что его фотографии должны были появиться в газетах. Конечно, он изменился за эти годы, но иногда Лео с опаской думал о том, что кто-то мог в нем узнать подростка, которого Клайд Хокинс представлял всем как своего сына.

Снова набрав телефон Калисты, он опять попал на голосовую почту. Лео забеспокоился. Это было не похоже на Калисту. Им овладели противоречивые чувства: с одной стороны, он уже соскучился по жене, а с другой — ему не хотелось, чтобы она снова начала расспрашивать о его детстве.

Из-за их разговора в Японии у него открылись старые душевные раны, о которых Лео надеялся забыть. Было время, когда он даже нанял частного детектива, чтобы разузнать информацию о своей семье и настоящих родителях, но тому ничего не удалось найти.

Лео уже почти смирился с тем, что никогда не узнает, кем были его родители и есть ли у него родственники. Он только с радостью думал о том, что не имел никаких родственных связей с Клайдом.

— Ты какой-то молчаливый сегодня, Лео, — сказал Джордж. — О чем думаешь?

— Все как обычно. У меня весь день переговоры, международные звонки, встречи… — ответил Лео.

— Что-то давно не видел твоей жены, — осмелился сказать Джордж.

— Мы оба заняты. У меня работа, у нее работа, хотя я никак не могу понять, зачем ей работать!

— Она слишком независимая, ты такого не ожидал, да?

— Верно подмечено, — с раздражением в голосе подтвердил Лео.

— Надо было лучше выбирать, если хотел послушную домоседку. Калиста не похожа на женщину, которая будет повиноваться чьим-либо приказам, если на это нет веских причин.

— Возможно, — нахмурился Лео.

— Странно, что она не увольняется с работы. Или она дорожит своей независимостью, или… — Джордж замолчал.

— Или что?

— Или она не уверена, что ваш брак долговечен.

Слова Джорджа поставили Лео в тупик, поскольку он считал, что условия добрачного контракта удержат Калисту.

— Ты это о чем?

— Так… Это всего лишь предположение. Я могу и ошибаться, — сказал Джордж, когда они подъехали к дому.

— Спокойной ночи, Джордж. Приятных сновидений, — сухо попрощался с ним Лео и вышел.

— И тебе того же, — отозвался Джордж.

Лео поднялся на лифте и зашел в апартаменты. Остановившись, он прислушался, пытаясь понять, дома ли Калиста. К нему подошла Брэнда.

— Добро пожаловать домой, сэр. Вам что-нибудь принести?

Он покачал головой:

— Нет, благодарю. Вы не видели мою жену?

— Она вернулась минут двадцать назад и сразу пошла в спортзал.

— Спасибо, Брэнда.

Решив все-таки сначала выпить, Лео вошел в кабинет и налил себе скотча. Развязав галстук, он сел за компьютер и какое-то время просматривал биржевые ставки, потом, взглянув на часы, решил пойти в спортзал.

Открыв дверь, Лео сразу увидел Калисту, которая быстро бежала по дорожке. Он залюбовался ею. Она напомнила ему пантеру, и ему пришло в голову, что такую женщину, как Калиста, сложно укротить.

Лео встал около стены, дожидаясь, когда она сойдет с беговой дорожки и вытащит наушники.

Когда Калиста заметила его, то у нее в глазах на секунду вспыхнул гнев, но он испарился так быстро, что Лео поразился этому.

— Хорошо побегала?

Она кивнула.

— От стресса очень помогает.

— Тяжелый день? — поинтересовался Лео, подходя к ней и думая о том, почему после приезда из Японии они ни разу не занимались любовью.

— Все еще загружена из-за отъезда.

— Ты получала сообщения от моего помощника?

— Не уверена. — Она нахмурилась. — Мне какой-то спам пришел, и я решила выключить телефон, пока не выясню, в чем дело.

— Спам? — переспросил Лео.

— Что-то странное. Какой-то неизвестный мне мужчина послал мне список мероприятий, на которые я, видите ли, обязана прийти.

Лео внимательно посмотрел на лицо Калисты, но глаза ее казались искренними. Он кашлянул.

— Сообщение было от Самуэля Майлза?

Она нахмурилась снова и пожала плечами:

— Не помню. Оно было таким странным, что я не вчитывалась.

— Что в нем было странного, интересно? — чувствуя, что его охватывает гнев, спросил Лео.

Калиста усмехнулась:

— Сам подумай! Если мой муж хочет пригласить меня на ужин или прием, он же не станет просить своего ассистента связаться со мной, да еще и посылать сообщение. Во-первых, чересчур официально. Во-вторых, мне показалось, что у сообщения был приказной тон, это не было просьбой, что просто оскорбительно. Вот я и не поверила, что мой муж способен на такое.

Ее слова и разозлили, и позабавили Лео. Калиста удивленно и невинно похлопала ресницами, и он не смог сдержать улыбки:

— Намек понял.

Она вздохнула и посмотрела на него:

— Только учти, что я заблокировала его номер.

— Чей?

— Человека, который прислал мне этот спам. — Калиста вздернула подбородок. — Я не твоя сотрудница, а твоя жена.

Лео кивнул.

— В таком случае, дорогая моя жена, я ожидаю тебя в своей спальне сегодня вечером. — Глаза Калисты вспыхнули, и она уже открыла рот, чтобы что-то сказать в ответ, но Лео перебил ее: — Разве это не естественная просьба от мужа?

На следующее утро Калиста проснулась с трудом. Она чувствовала себя измотанной, но приятно измотанной. Лео каждый раз открывал ей новые ощущения и заставлял забываться в своих руках от наслаждения. Однако взгляд на часы подсказал ей, что пора выбираться из постели, а не предаваться воспоминаниям о бурной ночи со своим мужем. Лео конечно же давно уже ушел.

Приняв душ и почувствовав себя посвежевшей, Калиста вернулась в спальню и нашла на столике у кровати письмо со своим именем на конверте.

Вытащив бумагу, она прочитала записку от мужа.

«Пообедаем вместе сегодня? В четверг я вынужден идти на благотворительный прием, буду благодарен, если ты ко мне присоединишься и поможешь его высидеть. Хотел бы, чтобы и в пятницу ты меня сопровождала, если это тебе не сложно».

Внизу был приписан его личный телефон, и Калиста быстро набрала ему сообщение: «Да, да и да». Сердце ее радостно забилось.

За обедом они встретились в одном из самых дорогих ресторанов Филадельфии.

— Спасибо, что пришла, — сказал Лео.

— Это тебе спасибо, — ответила Калиста, отпивая воды из бокала. — Как у тебя дела?

— Могло бы быть и хуже. Мы получили контракт с японцами. Уверен, в этом во многом твоя заслуга.

— Сомневаюсь. Миссис Кихото облегчила мне жизнь. Все, что мне пришлось сделать, — это походить нагишом перед уважаемыми японскими дамами.

— Весело! Хотя мистер Кихото и ходит на сторону, он уважает мнение жены.

— Или он просто понял, что ты предлагаешь ему отличную сделку.

Лео взглянул на жену:

— Может быть. Что тебе заказать?

— Рыбу. Мне нужна полезная еда, которая активизирует мозговую деятельность. Особенно после вчерашней ночи.

— Ты мне льстишь, — усмехнулся он.

— Совсем нет. Мне на самом деле нужно, чтобы голова лучше работала.

— Ясно. Ну, тогда лосось?

Когда им принесли заказ, Калиста занялась едой, стараясь не думать о Лео. Ей нужно было набраться сил и вернуть себе критический взгляд на вещи. Она даже попросила для себя воды, отказавшись от вина.

— Очень вкусно, — пробормотала Калиста, наевшись.

— Точно. Хочешь на выходные поехать в дом на озере?

— Мне нужно навестить сестер, — ответила она.

— Возьмем их с собой, — предложил Лео.

— Ты же их видел? Я обожаю своих сестер, но с ними очень сложно управиться.

— С тобой тоже порой.

— Ладно, но я тебя предупредила, — согласилась Калиста улыбаясь.

* * *

Они сходили вместе на мероприятия, при этом ей приходилось каждый раз мчаться домой после работы, чтобы переодеться. В четверг он лично заехал за ней и перед отходом затащил в постель. В пятницу Лео пристал к ней прямо в лимузине, и Калиста уже не знала, сможет ли прийти в себя после его страстных объятий.

— Это сумасшествие, — шептала она, когда он целовал ее в машине.

— В хорошем же смысле.

— Ты уверен в этом?

— Ага.

Вздохнув, Калиста уступила и позволила себе полностью отдаться ему.

В выходные они вместе с ее сестрами поехали на озеро. Калиста боялась, что уже через пару часов Лео захочет их отослать восвояси, но он держался молодцом. Она была поражена, как он с ними справлялся, когда они вместе поехали плавать на яхте.

Лео предложил Тине покататься на надувном круге за яхтой.

— А можно я тоже попробую? — попросила Тами, хотя никогда не принимала участия в «детских играх».

— Конечно. Ты следующая, — согласился Лео.

Когда Тами отправилась кататься на круге, а Тина влезла на борт, Калиста протянула ей полотенце и помогла вытереться.

— Круто! — воскликнула девочка. — У тебя просто замечательный муж!

Комплимент вызвал у Лео прилив гордости. Еще больше удовольствия он получил, заметив одобрение в глазах Калисты. Отношения сестер вызывали в нем давно забытые чувства. Лео вспомнились те ночи, когда он лежал и мечтал о дружной любящей семье, хотя уже много лет не позволял себе думать о прошлом. У него вызывало восхищение то, как Калиста и ее сестры поддерживали друг друга, хотя и им пришлось пройти через многое, да и жили они не вместе.

— Кажется, это весело, — сказала Калиста.

— Хочешь попробовать?

— О нет… что ты!

— Попробуй! — воскликнула Тина. — Это очень легко!

Калиста покачала головой:

— Нет…

— Не будь трусихой, сестричка!

— Можно вдвоем, — сказал Лео, вспомнив о боязни Калисты.

— Я с тобой проедусь, — предложила Тина.

— Странно, моя дорогая, но мне от этого не легче, — улыбнулась Калиста, потрепав сестру по голове.

— Так будет лучше, — решил Лео, потому что был уверен, что Калисте хочется прокатиться. — Тина поедет с тобой, а Тами за вами понаблюдает.

— Соглашайся! — воскликнула Тина.

— Ну ладно, — вздохнула Калиста. — Только ты проследи, чтобы Тами не увлеклась эсэмэсками.

С беспокойством отправив Калисту кататься, Лео поглядывал на Тами. Когда девочка полезла за телефоном, он нахмурился:

— Лучше посмотри за ними, чтобы ничего не произошло!

— Не собиралась я писать эсэмэски, я хочу их сфотографировать.

Лео старался плыть на небольшой скорости, но потом услышал какие-то крики. Он посмотрел на Тами.

— Тина просит набрать скорость, — объяснила девочка.

— А Калиста что говорит?

— Она согласна.

Набрав скорость, Лео сделал несколько поворотов, но во время последнего раздался вопль, и он сразу затормозил.

— Что случилось? Они в порядке? — спросил Лео, оглядываясь через плечо.

— Их обеих выбросило из круга, — сказала Тами, снимая фотографии на свой телефон.

— Что?!

Лео бросился к ней и принялся искать в воде Калисту и Тину.

— Во время последнего поворота.

Скоро он заметил Тину, которая, смеясь, плыла к яхте, а потом и Калисту, судорожно работающую руками. Хотя на ней был спасательный жилет, лицо у нее было испуганным. Скинув рубашку, Лео бросился в воду и подплыл к ней.

— Как ты? — спросил он, притягивая ее к себе.

— Нормально. Только сейчас я убью свою сестру. Она что-то сделала с веревкой во время последнего поворота, — рассмеялась Калиста.

— Ты, правда, в порядке?

Она посмотрела на него, и лицо ее посерьезнело.

— Ты на самом деле испугался за меня?

— Вспомнил, как ты падала за борт лодки, — пояснил Лео, чувствуя себя глупо.

— И решил, что я могу запаниковать? Спасибо, что прыгнул за мной. Ну что, мои сестры еще тебя не замучили?

— У вас троих интересные отношения, — сказал Лео, подталкивая ее к яхте. — Тами над тобой смеется, а Тина и вовсе решила тебя искупать.

— Так оно и бывает. Могу предположить, что сестер у тебя не было.

— Не помню, чтобы они у меня были, — сухо ответил Лео.

Калиста прикусила губу и опустила глаза.

— Наверное, это ужасно, когда ты не можешь чего-то вспомнить.

Лео не мог выносить жалость, поэтому постарался поскорее закончить неприятный разговор:

— Может быть, некоторые вещи лучше и не вспоминать. Все, давай залезай на борт. Тебе надо вытереться. Смотри, уже и Тина к нам подплывает.

На обратном пути к причалу Лео вел яхту в молчании, размышляя о тех временах, когда еще думал о том, какая у него была семья, и пытался представить себе своих родителей.

— Спасибо, — сказала ему Тами, когда они пришвартовались.

Он обнял девочку и заметил, что Калиста смотрит на них.

— Всегда пожалуйста. Я хочу иметь фотографии. Все до одной.

— Договорились, — улыбнулась Тами.

— Какие фотографии? — воскликнула Калиста.

— Тебя и Тины в воде, — объяснила Тами невинным голосом. — Размещу их сегодня на своей страничке в Интернете.

— Ни за что! Не хочу, чтобы мой начальник видел меня в таком виде!

— Почему? Он что, обзавидуется, что ты так весело проводишь время с двумя молоденькими сестрами-близняшками?

Калиста насупилась и погрозила ей пальцем:

— Не делай этого! Может быть, мне вас отправить в монастырь, а не в колледж?

* * *

Вечером, умывшись и почистив зубы, Калиста залезла в огромную кровать Лео и накрылась одеялом.

— Понравилось? — спросил у нее Лео.

Она вздохнула и кивнула:

— Да. И сестры мои тоже прекрасно провели время. Спасибо тебе большое за все!

— Рад, что тебе понравилось. А я получил удовольствие, наблюдая за вами. Потрясает, как вы трое справляетесь со всеми неприятностями.

Настроение у Калисты мигом подпортилось. Кому, как не ему известны причины, по которым в их семье начались проблемы, приведшие к смерти родителей.

— Мой папа был не идеальным, зато заботливым и умел нас рассмешить. Он меня даже в гольф играть учил. Без особого успеха, конечно. Однако всегда подбадривал и просил не сдаваться. — Калиста покачала головой, и сердце ее сжалось при воспоминаниях об отце. — Он всегда был оптимистом. Порой без причины… Я скучаю по нему. По его улыбке, смеху и крепким объятиям.

Наступила тишина, и Лео сжал ей руку.

— Тебе повезло, что у тебя есть эти воспоминания.

— У тебя тоже должны быть какие-то воспоминания о родителях, — взглянула на него Калиста.

Лео стиснул зубы.

— Таких, что я хотел бы помнить, нет.

Калиста смотрела на него, пытаясь понять, что с ним происходит и о чем Лео думает сейчас. Одно было очевидно — нежности к отцу он не испытывал. Она решила продолжить говорить о своем отце, чтобы понаблюдать за реакцией Лео.

— Когда отец умер, я никак не могла в это поверить. Он был таким жизнерадостным, и вдруг его не стало.

— Это тяжелый удар для всех, — пробормотал Лео.

— Словами этого не опишешь. Я не верила в то, что его уже нет со мной. Тяжелый удар! — Калиста грустно усмехнулась. Лео промолчал, но между ними возникло напряжение. — Один человек обманом заставил его вложить много денег в одно сомнительное предприятие. Банкротство лишило его оптимизма и наполнило осознанием безысходности.

— Все люди, даже очень хорошие, иногда оказываются в тяжелых ситуациях, откуда сложно найти выход.

Она всмотрелась в его лицо.

— Ты говоришь так, будто сам бывал в подобных ситуациях.

Лео прищурил глаза и молча пожал плечами:

— Наверное, когда сидел в коконе.

— А каким был твой отец? — спросила Калиста.

— У меня не было отца. Тебе лучше поспать, а то твои сестры еще завтра будут доставать тебя весь день.

Лео отвернулся к стене. Теперь он не будет заниматься с ней любовью сегодня. Она же этого хотела? Верно? Тогда почему у нее возникло странное чувство одиночества?