Давным-давно, в лихие годы

я был свидетелем войны:

казнили немцы патриота

моей израненной страны.

Петлю набросили на выю

и оттолкнули табурет…

…Так я увидел смерть впервые,

не в снах, а рядом, тет-а-тет!

Потом я видел не однажды

чужую смерть, то бишь — ничью, —

и осознал, что всяк и каждый

приемлет смерть… как мать свою.