Тамсин подняла руку, чтобы потрогать свою прическу, но тут же передумала и опустила ее. Побоялась испортить элегантный узел и мягкие локоны, ласкающие ее шею.

Стилистка сделала невозможное. Она превратила Тамсин в женщину, в которой та с трудом узнала себя. Тамсин никогда не предполагала, что может быть такой привлекательной.

Сначала она думала, что всему причиной красное шелковое платье без бретелек, так не похожее на все вещи, которые были у нее до сих пор. В тот момент, когда она его надела, она почувствовала себя особенной и, не задумываясь, приняла этот подарок от Аларика.

За прошедшие несколько недель Тамсин часто видела в прессе фотографии, на которых она была вместе с принцем. Авторы статей сравнивали ее с бывшими подругами Аларика и удивлялись, что он в ней нашел. Это лишь укрепило ее уверенность в собственной непривлекательности.

Ей много раз хотелось положить конец этому фарсу. Она этого не сделала, потому что обещала Аларику присутствовать на балу.

И потому что ей доставляет удовольствие находиться рядом с ним.

С ее стороны, наверное, легкомысленно получать удовольствие от собственного отражения в зеркале, но сейчас ей на это наплевать. Сегодня она узнала столько вещей, которым безразличная к моде мать никогда ее не учила. Наряд, элегантная прическа, правильно подобранный макияж — все это оказалось для нее в новинку. Ее переполняет радостное волнение. Сейчас она впервые чувствует себя достойной составлять компанию принцу. Но она не должна строить иллюзии. Она всего лишь служащая Аларика.

Звонок мобильного телефона прервал ее размышления, и она схватила его, радуясь, что может отвлечься.

— Тамсин? Как ты, дорогая?

Ее спина напряглась. Она надеялась, что никогда больше не услышит этот голос. Она пересекла Европу, чтобы убежать от мужчины, который так ее обидел. И он еще после этого смеет называть ее «дорогая»!

— Кто это?

— Разумеется, это Патрик, дорогая. Ты все еще расстроена из-за нашего расставания?

— Для делового звонка уже поздно, — произнесла она сухим безразличным тоном.

— Ты думаешь, что это деловой звонок?

— Чего ты хочешь, Патрик?

В трубке послышался томный вздох, и Тамсин начала терять терпение.

Только когда он упомянул о страницах документа, которые она отправила для исследования в лондонское научное учреждение, где работала раньше вместе с ним, ему удалось ее заинтересовать. Пока он говорил, ее сердце учащенно билось.

Она знала, что этот документ особенный! Анализ на возраст папируса это доказал.

Все же у нее еще остались некоторые сомнения. У нее есть доказательства того, что следующим королем Маритца должен стать Аларик, но их недостаточно. Документ действительно оказался древним, но это вовсе не означает, что его содержание соответствует истине.

— Тамсин? Ты все еще на связи?

— Разумеется. Я буду с нетерпением ждать отчета, который ты мне пришлешь по электронной почте. Спасибо, что позвонил.

— Кажется, вы наткнулись на интересный тайник с документами. Я слышал, что принц нанял дополнительный персонал для работы над этим проектом. Кроме того, старик Шиллингер говорит, что ты прислала ему копии нескольких любопытных страниц.

— Это правда.

Тамсин нахмурилась, но тут же успокоила себя. Ни Патрик, ни кто-либо другой не может знать, какую важную информацию содержат эти страницы. Ведь они хранятся под замком. Интерес доктора Шиллингера к ним носит чисто лингвистический характер.

— Если это действительно такая важная находка, тебе, возможно, не помешает помощь еще одного эксперта. Того, с кем у тебя уже есть опыт совместной работы. — Он немного помедлил, словно ожидая, что она на это скажет. — У меня сейчас много дел, но ради тебя я бы все отложил и…

— В этом нет необходимости.

Неужели он думает, что она предложит ему с ней работать, после того как он ее предал?

— Тамсин, — произнес он заискивающим тоном. — Я сделал тебе больно, о чем очень сожалею. Я совершил ошибку и признаю это. Я хочу, чтобы все было как раньше. Мы могли бы работать вместе. Я о тебе беспокоюсь. Иногда брошенные женщины ведут себя импульсивно.

Он намекает на статьи о них с Алариком? Вот мерзавец! Как она только могла находить его привлекательным? Этот хитрый, вероломный человек не стоит того, чтобы тратить на него время и эмоциональную энергию.

— Нет, Патрик. Я ценю твое предложение, но мы не нуждаемся в твоей помощи. Все под контролем. У нас отличная команда. Разумеется, если нам когда-нибудь понадобится твоя помощь, я дам тебе знать. — Это произойдет не раньше, чем ад покроется льдом.

— Но я…

— Прости, Патрик. Я больше не могу говорить. Мне нужно идти.

Прервав соединение, она снова уставилась на свое отражение в зеркале. Тот же нос, те же глаза, но она отличается от той Тамсин, к которой все привыкли.

Она устала прятаться. Устала от того, что мужчины не смотрят на нее как на женщину.

Сделав глубокий вдох, она сняла очки и положила на столик, затем расправила плечи и с гордо поднятой головой вышла из комнаты.

* * *

Аларик всегда находил официальные балы скучными. До тех пор, пока не закончил приветствовать посла и не увидел среди гостей ее. У него перехватило дыхание.

Она не увешана драгоценностями, но от нее исходит какое-то особенное сияние, которое выделяет ее среди всех присутствующих женщин. Ее кожа безупречна, пухлые розовые губы блестят, призывая его утолить голод желания. Мягкие локоны, обрамляющие лицо, так и просят, чтобы к ним прикоснулись.

А ее янтарные глаза… Она сняла очки, и теперь они кажутся еще ярче и выразительнее. Они никогда раньше так не блестели. Корсаж платья облегает пышную грудь и подчеркивает узкую талию.

Он знал, что она прячет себя настоящую от посторонних глаз, но к такому готов не был.

Тамсин пошла в его сторону, и Аларик напрягся, заметив, с каким восхищением смотрят на нее другие мужчины. Ему захотелось предупредить их о том, что это его женщина и им следует держаться от нее подальше.

— Тамсин. Я рад вас видеть. — Он поклонился ей и поцеловал ее руку.

— Добрый вечер, Аларик, — произнесла она хрипловатым голосом, от которого его желание усилилось.

Его пальцы крепче сжали ее руку, и на мгновение ему захотелось увести ее отсюда в какое-нибудь укромное местечко и заняться с ней любовью.

— Простите за опоздание.

Чтобы не поддаться искушению, он отпустил ее руку и отстранился.

— Вы вовсе не опоздали. Развлекайтесь. Скоро я к вам присоединюсь.

Тамсин кивнула, и он отвернулся, чтобы поприветствовать других гостей. Никогда еще обязанности хозяина не казались ему такими утомительными.

Общаться с людьми на королевском балу оказалось гораздо проще, чем она думала.

— Вам здесь нравится? — спросил ее Питер, дружелюбный администратор молодежного центра.

— Разве может быть иначе? Я познакомилась со столькими интересными людьми. К тому же я люблю танцевать. — Это она осознала только после того, как несколько часов прокружилась в вальсе с разными партнерами. Подол ее платья красиво колыхался при движении, и она любовалась своим отражением в зеркалах просторного зала.

Она повернулась. Питер был в военной форме. Медали на его груди блестели в свете канделябров. Он выглядел очень элегантно. Даже шрам на щеке его не портил.

Он рассмеялся:

— Правду говорят, что девушкам нравится военная форма.

— Я на вас пялилась? — смущенно пробормотала она. — Простите. Просто это так необычно.

— Но не в Рувингии. На официальные мероприятия все мужчины приходят в парадной форме. — Он ей подмигнул. — Ведь она так нравится женщинам. Но на поле брани мы надеваем форму защитного цвета, как и все остальные.

Мимо них пронеслась ослепительно красивая пара танцоров. Это были Аларик в военной форме с медалями и хрупкая блондинка в голубом платье и сапфирах.

Грудь Тамсин неприятно сдавило. Неужели она ревнует? Это открытие потрясло ее.

Аларик пообещал, что скоро к ней вернется, но за все это время потанцевал с ней всего один раз. Причем он не прижимал ее к себе, как эту красотку, а держал на расстоянии, словно пожилую тетушку.

— И принц тоже? Ему ведь не нужно носить форму цвета хаки?

— Аларику? Так вы не знаете?.. — удивился он.

— Не знаю чего? — Не дождавшись его ответа, она продолжила: — Хотите сказать, что Аларик тоже солдат? Я думала, он носит форму только потому, что это полагается ему по статусу. Что он не участвует в военных операциях.

Питер покачал головой:

— Аларик получил офицерское звание не из-за своего высокого положения, а благодаря своему таланту и отваге. Военная служба пошла ему на пользу.

Насторожившись, Тамсин опустила свой бокал с шампанским:

— Что вы имеете в виду?

— Аларик был нашим командиром, причем очень неплохим. Но должность командира подразумевает большую ответственность. Эта ответственность становится испытанием для человека неравнодушного, особенно если что-то идет не так.

Тамсин посмотрела на его шрам, и ее сердце наполнилось сочувствием.

— Простите. Мне не следовало затевать этот разговор.

Питер улыбнулся:

— Из-за этого? — Он указал на свою щеку. — Это пустяк. Поверьте мне, есть вещи, которые гораздо хуже. — Он бросил взгляд в сторону Аларика. — Знаете, не все шрамы находятся снаружи. Мой, по крайней мере, зажил.

Тамсин посмотрела на принца, такого сильного, красивого и уверенного в себе. Питер намекнул на его душевные раны. Неужели он прав? Она подумала о затаенной грусти, которая присутствует в глазах Аларика, даже когда он улыбается. Какие страшные тайны он хранит?

Она вдруг вспомнила, каким бледным и мрачным было его лицо после того, как он спас мальчика от серьезных ожогов. Как он тупо уставился в одну точку, словно испытывал боль или потрясение.

— Тамсин?

— Простите. — Она переключила свое внимание на Питера, протягивающего ей руку.

— Потанцуем?

Она кивнула, радуясь, что может отвлечься от тревожных мыслей.

Она протанцевала еще час с разными мужчинами, стараясь наслаждаться чудесным вечером и не думать об Аларике. В конце концов она устала и попросила своего последнего партнера отвести ее в зону для отдыха, где они могли бы выпить шампанского и поговорить.

Он оказался главным редактором одной из национальных газет, знающим много забавных историй. Тамсин заметила, как блестели его глаза, когда он на нее смотрел. Это прибавило ей уверенности в себе. Кроме того, он заинтересовался ее работой и предложил даже написать о ней статью. Впервые в жизни она почувствовала себя интересной женщиной.

— Вы мне позволите украсть вашу даму?

Услышав глубокий мужской голос, собеседник Тамсин остановился на полуслове, после чего сказал:

— Конечно, ваше высочество. Я с вами свяжусь.

После того как он, поклонившись, удалился, Аларик обратился к Тамсин:

— Наконец-то мы с вами можем потанцевать.

У нее не было причин ему отказывать.

Когда его рука легла ей на талию, ее сердце учащенно забилось. Какая нелепость! Она уже сегодня танцевала с принцем. Но тогда он почти не смотрел нее и держался отстраненно. Сейчас она почти физически ощущала на себе его обжигающий взгляд. Откуда такая перемена?

— Вижу, вы нашли себе нового друга, — заметил он, взяв ее за руку.

Глубоко вдохнув, Тамсин положила другую руку ему на плечо и уставилась на воротник его мундира. «Это просто танец, — сказала она себе. — Игра на публику».

— Даже нескольких. Здесь столько приятных людей.

— Я видел, — произнес Аларик, ведя ее на танцпол. — Вы весь вечер танцевали с разными мужчинами.

В ответ на его резкий тон она подняла на него глаза.

— Вы велели мне развлекаться. Других распоряжений не было. Я не знала, что мне нельзя общаться с другими гостями.

— Значит, вот как вы это называете? — Он быстро закружил ее в вальсе, и к ее негодованию примешалось какое-то странное чувство. Ей казалось, что она находится на краю опасной пропасти и что-то тянет ее вниз.

— Вам что-то не нравится, Аларик?

— Нет. Просто мне бы не хотелось, чтобы вам причинили боль.

— Причинили боль?

Музыка закончилась. Они остановились, но Аларик не отпустил ее:

— Мы, жители Рувингии, очень гостеприимны. Но мне бы не хотелось, чтобы вы приняли дружелюбие за что-то большее.

Сердце Тамсин болезненно сжалось. От удовольствия, которое она получила за вечер, не осталось и следа.

— На что вы намекаете? На то, что ни один нормальный мужчина не может хотеть проводить время с женщиной вроде меня? Что я неинтересная? Или, может, недостаточно привлекательная?

Она попыталась отстраниться, но его хватка была слишком крепкой.

— Конечно нет. Вы меня неправильно поняли.

Музыка снова заиграла, и пары вокруг них задвигались в ритме вальса.

— Вы можете меня отпустить, ваше высочество. Мне надоело танцевать, — сказала она, когда он снова ее закружил.

— Это неправда. Вы любите танцевать. Я видел, как вы весь вечер улыбались.

Неужели все это время он за ней наблюдал? Она ничего не заметила.

— Возможно, вам будет трудно в это поверить, ваше высочество, но не все женщины хотят танцевать с вами. Я хочу остановиться.

— Я же просил вас называть меня Алариком.

В этот момент его грудь коснулась ее груди. Внутри у Тамсин все затрепетало от желания, но она сказала себе, что это всего лишь танец с ее работодателем. Что она ничего не испытывает к Аларику. Но когда он крепче прижал ее к себе, подтвердилось обратное.

— Аларик, — еле слышно произнесла она то ли из-за стука в ушах, то ли из-за того, что у нее перехватило дыхание.

— Так лучше. Мне нравится, как вы произносите мое имя.

Они оказались в конце зала. Остановившись, Аларик отодвинул портьеру, открыл находящуюся за ней дверь и потащил Тамсин по узкому коридору. Вскоре они подошли еще к одной сводчатой двери. Прежде чем Тамсин успела что-либо сообразить, они очутились в тускло освещенной комнате. Послышался скрежет ключа в замке, и не успела Тамсин опомниться, как Аларик прижал ее к стене.

— Что вы делаете, черт побери?

Это должно было прозвучать возмущенно, но ее голос предательски дрожал, оттого что внутри ее боролись между собой противоречивые чувства. Ей следовало испытывать отвращение и сопротивляться этому натиску, однако она втайне наслаждалась им.

— Я отвел вас в укромное местечко, чтобы побыть с вами наедине. — Аларик взял в ладони ее лицо и слегка приподнял его, так что ей пришлось смотреть ему в глаза. — Я сожалею, что испортил вам вечер.

Наклонившись вперед, он прижался лбом к ее лбу и запустил пальцы ей в волосы, отчего по ее телу пробежала приятная дрожь. Куда подевался ее гнев?

— Каким образом? — прошептала она.

— Я вас ревновал, — ответил он, нежно лаская губами ее веки. — С того момента, как я увидел вас на балу, я хотел, чтобы вы были только со мной.

Нет, это невозможно. Тамсин попыталась покачать головой, но у нее ничего не вышло.

— Я не понимаю. Ведь вы большую часть вечера меня избегали.

— Я не мог одновременно находиться рядом с вами и играть роль гостеприимного хозяина. — Его руки скользнули по ее обнаженным плечам. — Всякий раз, когда я видел, как вы улыбаетесь своему партнеру, я хотел, чтобы вы улыбались мне и никому больше. Вы хоть представляете, как вы сегодня неотразимы?

Она не может логически мыслить, когда он так ее ласкает.

— Пожалуйста, Аларик, я…

— Позвольте мне доставить вам удовольствие. — Его руки медленно скользнули по ее бокам, и ее соски затвердели.

Логика не имеет значения, когда их губы разделяет всего несколько сантиметров.

— Я обещал, что не буду вас целовать. — Его голос был шероховатым, как наждачная бумага. — Попросите меня, чтобы я вас поцеловал, Тамсин.