Мэтт мог разобрать и заново собрать любой механизм, мог в мельчайших подробностях описать технические характеристики всех устройств, созданных его командой. Более чем в пятидесяти патентах было вписано имя Мэтта как создателя или члена исследовательского коллектива. Их работа в компании была настолько продуктивной, что в одной из местных газет его даже назвали человеком, способным спасти мир.

Однако, когда речь шла о женщинах… Для него они оставались тайной за семью печатями. Конечно, Мэтт знал, как доставить им удовольствие. Для этого особых знаний не требовалось. А вот понять, что происходит в их головах, у него никогда не получалось.

"А почему бы мне не съездить в гости к Клэр?" — вдруг пришло ему в голову. А что, отличная мысль! Человек в родных стенах всегда более открыт и его легче понять. Давно пора переводить отношения с Клэр на новый уровень. Делать вид, будто они друзья, интересно, но уже недостаточно!

Район, в котором жила Клэр, не считался престижным, однако для нее главным было то, что здесь было очень тихо и спокойно. Тут проживали в основном престарелые пары или молодые одинокие люди вроде нее. Около девяти часов жизнь в этой части Пало-Верде прекращалась, люди тушили свет и ложились в кровать с пультом от телевизора или книгой.

Во вторник вечером Клэр, как обычно, приняла душ и переоделась в легкую пижаму. Она уже была в постели, когда в десять пятнадцать раздался звонок в дверь. Увидев сквозь глазок знакомую фигуру Мэтта, Клэр на цыпочках вернулась обратно в спальню. Однако звонок раздался снова.

— Клэр, чем дольше я стою под твоей дверью, тем больше людей меня тут увидят! — крикнул Мэтт.

Клэр пришлось вылезать из кровати и плестись к двери. Однако, открыв ее, она встала так, чтобы Мэтт не мог войти в дом.

— Я тебя не пущу, Мэтт, — сказала она решительно. — Ты нарушаешь свое обещание.

Мэтт даже не стал делать вид, что не понял ее.

— Мне надоело делать вид, что мы с тобой всего лишь друзья, — ответил он. Руки у него были спрятаны в карманах, а на лице красовалась недовольная гримаса. Мэтт напоминал маленького мальчика, который жаловался, что у него отняли любимую игрушку. Однако при этом в глазах его полыхал опасный огонь, который не предвещал ничего хорошего. — Я устал от игр.

Он понизил голос, и сразу же атмосфера вокруг них наэлектризовалась.

— Мне завтра рано вставать. Я устала. Уже очень поздно.

Клэр приложила все свои усилия, чтобы говорить спокойно и твердо.

Сразу три причины — не перестаралась ли она? Впрочем, усталость действительно была. Не так-то легко совмещать работу и встречи с Мэттом. Эти несколько дней совершенно вымотали ее. И про то, что поздно, она сказала правильно. Поздно в том смысле, что она чувствовала себя слишком старой для подобных отношений.

Однако Мэтт не сдавался. Прислонившись к дверному косяку и вытянув голову, он ей хитро улыбнулся.

— Ну, Клэр, пожалуйста, впусти меня, — прошептал он, и Клэр нервно сжала зубы.

Мэтт тем временем взял ее руку и стал нежно водить пальцем по костяшкам пальцев. Его прикосновения были самыми невинными, едва ощутимыми, однако Клэр сразу же почувствовала, как в ней просыпается желание.

Она вспомнила, что Мэтт уже стоял вот так у ее двери в общежитии колледжа. Это было двенадцать лет назад, и тогда он, смущенно улыбаясь и склонив голову набок, приглашал ее на первое свидание. Как они оба изменились за это время!

— Ты помнишь, как в первый раз пригласил меня на свидание? — вдруг неожиданно для самой себя спросила она.

Мэтт выпрямился, и выражение его лица стало настороженным. Было видно, что и он нашел сходство между двумя ситуациями.

— Да, помню, — ответил Мэтт с полной серьезностью.

Конечно, он помнил. В тот раз они впервые занялись любовью. Клэр не могла никуда идти, поскольку на следующий день должна была писать первую контрольную работу в колледже. Если бы она плохо написала ее, то лишилась бы стипендии, а значит, и возможности продолжать учиться.

Оценив ситуацию, Мэтт остался у нее, чтобы помочь с подготовкой, и заказал для них пиццу. Через три часа они оказались в объятиях друг друга у нее на диване.

Взгляд Мэтта и теперь был таким же напряженным, полным страсти, как и в первый раз. У нее от этого взгляда пересыхало в горле, однако в этот раз она лучше понимала ситуацию.

— Раньше я считала романтичным то, что мы испытываем сильное влечение друг к другу, — сказала Клэр, пытаясь высвободить свою руку, однако Мэтт не отпустил ее. Наоборот, он придвинулся к ней вплотную и провел пальцем ей по шее. — Теперь я думаю, что была дурой.

Ей с трудом удалось закончить фразу, потому что дыхание у нее сбилось, а сердце забилось быстрее.

— Глупости. Импульсивной и страстной, может быть. Мы оба тогда потеряли голову.

Клэр едва нашла в себе силы оторваться от него и сделать несколько шагов назад. Мэтт моментально воспользовался этим и, оказавшись внутри дома, закрыл за собой дверь.

Небольшая гостиная показалась Клэр еще меньше.

Но бежать все равно некуда! Оставалось лишь стиснуть зубы и попытаться побыстрее выпроводить незваного гостя из дома, пока она не совершила еще одну непоправимую ошибку.

Мэтт понимал, что Клэр судорожно пытается придумать способ, как снова убежать от него. Однако он чувствовал, что сумел поколебать ее защиту, а значит, не должен позволить ей ускользнуть от него. Кто знает, будет ли у него другой такой шанс?

Надо было действовать незамедлительно, и Мэтт, вплотную подойдя к Клэр, взял ее за подбородок. Волосы у нее оказались влажными, как будто она только недавно принимала душ. Другая женщина попыталась бы уклониться, сделала бы вид, что смущена, но не Клэр.

Клэр решительно подняла голову и смело встретила его взгляд. Было видно, что ей неуютно из-за того, что он находится у нее в доме, однако она была готова ответить на брошенный вызов. Теперь Мэтт узнавал в ней свою Клэр, которая всегда боролась до конца, даже если понимала, что победить у нее не получится.

Только Мэтту совершенно не хотелось, чтобы они боролись. Не должно было быть ни победителя, ни проигравшего. Он считал, что если они оба дадут волю своим чувствам, то оба приобретут что-то очень ценное. И ему, и ей нужно было утолить снедающее их желание. Оставалось доказать это Клэр.

Проблема заключалась в том, как найти нужные слова. Душещипательные разговоры не были его коньком, но Мэтт вспомнил слова Форда о том, что в убедительных аргументах всегда есть правда. Решив воспользоваться советом друга, он вздохнул и начал говорить:

— Мы оба тогда были молодыми. С тех пор, конечно, сильно изменились, но вот я опять здесь, снова стою у твоего порога и все так же отчаянно пытаюсь стать частью твоей жизни.

Клэр неожиданно рассмеялась. Смех был нервным, но при этом он выдавал кипящую в ней страсть.

— Тебе смешно?

Она прикусила нижнюю губу, на лице у нее появилось раздражение.

— Мне смешно, что ты считаешь себя жертвой.

— Неужели ты так ничего и не поняла? Ты всегда обладала надо мной безграничной властью, Клэр.

Удивление появилось у нее на лице, и Мэтт был готов поверить, что его слова оказались для Клэр неожиданными. Похоже, она собиралась возразить ему, но он не хотел спорить с ней. У него был единственный способ убедить ее в правдивости своих слов, и Мэтт им воспользовался. Прижав Клэр к себе, он поцеловал ее.

Сначала она слегка сопротивлялась, однако Мэтт уже не был способен остановиться. Ему хотелось большего, и одного поцелуя было ему недостаточно. Он едва мог контролировать себя, потому что волна желания прокатилась по его телу. Однако Мэтт понимал, что должен дождаться, когда желание захлестнет Клэр и она полностью отдастся страсти.

На душе у него отлегло, когда он почувствовал, как ее руки обвиваются вокруг его шеи. Клэр ответила на поцелуй, но Мэтт решил дождаться, когда она сама сделает первый шаг, и не прогадал.

Клэр стянула с него рубашку и повлекла к двери в конце комнаты. Он послушно последовал за ней, стараясь сдерживать свое желание, чтобы не спугнуть ее. И только когда в спальне она решительно стащила с него и джинсы с трусами, Мэтт осмелился снять с нее пижаму и, подхватив на руки, донес до кровати.

"Я люблю тебя. Я безумно люблю тебя", — думал он, крепко сжимая Клэр в своих объятиях.

Клэр не хотелось вылезать из кровати, она чувствовала себя в полной безопасности рядом с Мэттом. Только все это лишь иллюзия. Ей не стоило забывать, что для ее душевного спокойствия большей угрозы, чем Мэтт, и не представить. Ему не составляло большого труда разбить ей сердце.

Она заставила себя подняться и быстро натянула на себя попавшиеся на глаза джинсы и свитер. Как и следовало ожидать, пижама оказалась совсем не надежной защитой.

— Куда ты? — сонно спросил Мэтт, оторвав голову от подушки.

Едва прикрытый одеялом, со спутанными волосами, он выглядел ужасно сексуально, и Клэр с трудом поборола искушение залезть обратно в кровать, положить голову ему на грудь и еще немного поспать. Они могли бы снова заняться любовью, потом она бы проснулась в его объятиях и приготовила бы для него завтрак.

"Как долго я могла бы жить вот так, пытаясь прогнать сомнения? И ожидая того дня, когда он потеряет ко мне интерес?" — подумала Клэр с тяжелым вздохом.

— Прости, Мэтт, — пробормотала она. — Я не могу больше притворяться.

— О чем ты?

— Я не могу делать вид, что со мной все будет в порядке, когда это закончится. Через пару недель, может быть, месяцев ты от меня устанешь и тебе надоест игра, в которую ты со мной играешь. Я знаю, что ты потом бросишь меня, и я не могу спокойно ждать этого момента.

Глаза Мэтта сузились, он сел на кровати и провел рукой по волосам:

— Ты настолько уверена, что это закончится?

— Да, — прошептала она, почти не скрывая эмоций. Стараясь хотя бы немного отвлечься, Клэр принялась собирать одежду Мэтта и кидать ее на кровать. — В прошлый раз я могла себе сказать, что была наивной в силу своего возраста и неопытности. Теперь у меня нет никаких оправданий.

— Что ты хочешь этим сказать, Клэр? — Мэтт проигнорировал джинсы, которые упали рядом с ним. Он неотрывно смотрел на Клэр. — Ты не дашь нам шанса?

— Нет никаких нас, а потому нет и шансов. Между нами же ничего нет, кроме взаимного сексуального влечения. Ты считаешь иначе? — Она нашла один ботинок, но второго нигде не видела. Сердце у нее колотилось в груди, и она остановилась в ожидании ответа, сжимая в руках ботинок. Клэр ненавидела себя за то, что на какое-то время в ней проснулась надежда. Ей хотелось, чтобы Мэтт признался в любви и сказал, что годы разлуки были недоразумением. — Отличного секса мне мало. Я не могу игнорировать те преграды, которые стоят между нами, и делать вид, что мне достаточно того, что ты хочешь затащить меня в постель. Сексом жизнь не ограничивается.

Зубы Мэтта были плотно сжаты, а на лице — непроницаемая маска.

— Так, значит, для тебя это был просто секс? Да?

— Нет, никогда. — Клэр чувствовала, как слезы подкатили к ее глазам, и она повернулась спиной к Мэтту. — А вот для тебя, очевидно, это был просто секс.

— Очевидно.

Клэр смахнула слезы и присела на корточки. Отложив ботинок в сторону, она залезла под покрывало, сброшенное с кровати, в поисках второго.

— И я знаю, что, если мы снова начнем встречаться, ты опять разобьешь мне сердце.

— Разобью тебе сердце? Когда это я тебе разбивал сердце?

Она слышала, как он встал с кровати и стал одеваться, но боялась посмотреть в его сторону.

— Это ты бросила меня.

— Знаю, я ушла от тебя, но…

— Тут нет никакого "но"! — оборвал он ее. — Ты бросила меня! Так что не надо меня обвинять в том, будто я разбил тебе сердце. Ты решила разорвать наши отношения и сделала все, чтобы поставить в них жирную точку.

— Верно. — Голос у нее был грустным. — Но когда я уходила, я не думала, что это навсегда.

— Значит, ты планировала надо мной поиздеваться, да? Поразвлечься с Митчем, покататься на его мотоцикле, а потом вернуться ко мне, когда тебе надоест?

Клэр удивленно подняла глаза, пытаясь понять его слова.

— С Митчем? — переспросила она и тут же вспомнила о том, сколько лжи она наговорила Мэтту, уходя от него. Так звали парня, которого она выдумала, чтобы убедить Мэтта в серьезности своих намерений. Это было имя, которое случайно появилось у нее в голове в тот момент. — Не было никакого Митча. Никакого парня у меня тогда не было.

Опустив голову, она снова принялась искать ботинок.

— Ты сказала, что уходишь к другому! — взорвался Мэтт. — Сказала, что у тебя появился новый парень, с которым ты можешь весело проводить время. С которым тебе интереснее. Что тебе нужна жизнь, полная приключений. Если ты не поехала с ним в Нью-Йорк, то куда ты поехала?

— А ты этого так и не понял?

— Просвети меня, пожалуйста!

— Я вернулась обратно. Я вернулась в Пало-Верде.

Ей нужно было разобраться с тем кошмаром, который создали его братец и ее сестра. Кортни требовалась помощь, от которой она отказывалась. Бабушка и дедушка не собирались ее поддерживать. Весь город был настроен против нее. Однако все это Клэр было легче вынести, чем наблюдать со стороны, как Мэтт продолжает свою жизнь без нее как ни в чём не бывало.

Она подняла голову и посмотрела на него, ожидая ответа. Губы у него были плотно сжаты, а лицо посерело.

— Ты так хотела избавиться от меня, что наговорила кучу лжи?

— Нет, я выдумала причины, чтобы ты не стал меня искать. — Она вдруг поняла, что дрожит, и натянула покрывало на себя. — Я была под обманчивым впечатлением, что твое отношение ко мне не позволит тебе дать мне уйти. Я думала, что ты будешь стараться меня вернуть. Это потом я поняла, что парня, которого я любила в колледже, не существовало, что все это были слова, чтобы затащить меня в постель.

— Надеюсь, ты так не думаешь на самом деле!

— Я уже не знаю, что думать. Но тогда — да, я так думала. — Она кивнула и встретила его взгляд. — Я поверила в это, когда увидела, как ты живешь без меня. Все, что ты делал, убедило меня в том, что ты такой же, как и все остальные. Еще один Баллард, который считал, что он может попользоваться наивной Калдиерой: переспать с ней и бросить, когда она надоест. И насколько я вижу, ты до сих пор уверен, что можешь так поступать.

"Что, черт возьми, все это означает?" — пронеслось у Мэтта в голове, но он не успел сформулировать свой вопрос, потому что Клэр выбежала из спальни.

Последовав за ней, Мэтт увидел, что она стоит у входной двери. Клэр выглядела такой ранимой и уязвимой, что ему захотелось обнять ее, однако на лице у нее он прочитал решимость довести до конца задуманное.

— Прости, Мэтт. Я больше не могу. Не хочу ждать, когда ты снова разобьешь мне сердце. Я хочу, чтобы ты ушел.

— Я не…

— Я хочу, чтобы ты уехал из города. Ты только усложняешь всем здесь жизнь.

Ее слова были для него как нож в сердце. Каждое из них причиняло ему боль. Однако он не мог вот так просто уйти. Мэтт решительно подошел к Клэр и сжал девушку в своих объятиях. Его рука заскользила по ее распущенным волосам.

Сначала она напряглась и попыталась оттолкнуть его, однако, когда Мэтт поцеловал ее, губы Клэр мгновенно стали нежными и податливыми. Ему не пришлось долго ждать того, когда она сама прижмется к нему всем телом.

Может быть, Клэр разумом и хотела, чтобы он ушел, но тело не было готово отпустить его. Мэтт немного расслабился. Что бы там, по мнению Клэр, не стояло между ними, их всегда будет объединять это сумасшедшее желание и взаимное притяжение.

Он еще раз страстно поцеловал ее, но вдруг почувствовал на губах Клэр соленые слезы и мгновенно выпрямился. Глаза у нее были закрыты, на ресницах дрожали слезы. Клэр медленно открыла глаза. В них Мэтт увидел грусть и презрение.

— Хотел еще раз показать мне, насколько я слаба? — прошептала она с горечью в голосе. — Тебе доставляет удовольствие мысль, что я не могу устоять перед тобой, да? — Клэр указала ему на дверь. — Уходи! Так будет лучше для всех.

— Для тебя, может быть, — пробормотал он, а про себя закончил: "Но не для меня точно".

Однако, несмотря на это, он вышел босиком и в незастегнутой рубашке на улицу. На душе у него было еще хуже, чем в тот момент, когда он подъехал к дому Клэр.