Городская библиотека в прошлой жизни была часовней, и акустика в ней до сих пор сохранялась соответствующая. Стоило кому-то уронить ручку на втором этаже в компьютерном зале, как об этом сразу становилось известно всем посетителям и библиотекарям в картотеке и общем зале внизу.

Вот и сейчас Нелл, уютно расположившаяся со своими маленькими подопечными — посетителями кружка юных книголюбов — и небольшом отсеке под галереей, услышала громкие шаги: кто-то шел между стеллажей. С галереи раздалось девичье хихиканье и шушуканье. Нелл закрыла лежащую на коленях книгу и строго посмотрела на девочек-подростков, рассматривавших что-то, видимо, чрезвычайно интересное с галереи. Она осуждающе покачала головой и приложила палец к губам, призывая нарушительниц спокойствия к порядку. Смешки утихли, а одна из девочек указала Нелл на что-то за ее спиной.

К ней направлялся высокий молодой мужчина. У Нелл все поплыло перед глазами, когда она узнала посетителя. Мозг отказывался верить в то, что видели глаза. Быть не может! Нелл нервно оглянулась по сторонам и с ужасом увидела, что на высокого красавца с восхищением смотрят все без исключения представительницы слабого пола, оказавшиеся в тот момент в зале.

У нее перехватило дыхание: как он все же красив! И как же она, оказывается, соскучилась! Да, Нелл дала себе слово быть более стойкой и спокойной, если вдруг судьба вновь сведет ее с Луисом. Обещала себе не выпускать ситуацию из-под контроля. И вот, пожалуйста, — о каком контроле может идти речь, когда слезы подступают к глазам — слезы и радости, и восхищения, и облегчения.

Луис был действительно хорош. Да будь он хоть в рогожу одет, все равно привлек бы внимание. Что уж говорить о дорогом стильном костюме, подчеркивающем его атлетическую фигуру, — будто какой-то небожитель спустился и озарил скромное библиотечное пространство. В этот момент Нелл остро почувствовала, что они с Луисом принадлежат к совершенно разным мирам. Никогда еще разница в их социальном положении не была столь очевидной.

Интересно, какую цель он преследует сейчас, придя в библиотеку маленького английского городка? Не надо надеяться, будто он вдруг резко осознал, что любит ее, и именно поэтому пришел. Если и осознал, если и любит, то весьма умело скрывает. Он сейчас вовсе не похож на влюбленного мужчину!

Мужчина, не похожий на влюбленного, тем временем достал что-то из кармана и подошел к Нелл. Все вокруг перешептывались и переглядывались, мамочки юных любителей книги, с которыми только что распрощалась Нелл, подошли поближе под предлогом того, чтобы поторопить своих отпрысков, и с интересом и восхищением разглядывали неизвестного красавца.

Красавец плавным жестом скинул волосы со лба, и Нелл чуть дурно не стало от возбуждения. Она подняла книгу, которую даже не заметила как уронила, придала лицу удивленное выражение и произнесла, поднимаясь навстречу вторгшемуся в последний оплот ее независимости испанцу:

— Луис, ты? Прости, я не сразу тебя заметила.

— Кое-что в жизни остается неизменным, — улыбнулся мужчина. — Убедительно врать ты так и не научилась, дорогая. И слава богу!

— Зачем ты пришел? Мы же договорились… — срывающимся голосом спросила Нелл. Она не могла глаз отвести от Луиса, представляя, как падает в его объятия. «Не зря говорят, бойтесь своих желаний, ибо они имеют свойство сбываться. Вот мечтала я о том, что он придет. И что теперь делать?» — Что ты здесь делаешь? — снова спросила она.

— Пришел с тобой повидаться.

— В самом деле?

— Ты такая… такая… — Он запнулся и постарался погасить внезапный порыв схватить ее в объятия и расцеловать прилюдно.

— Худая? Страшная? — подсказала Нелл, ощущая напряжение собеседника. — Говори скорее, я, знаешь ли, на работе! — Она старалась не разреветься.

Вдруг к Луису подошел малыш и требовательно потянул за брючину.

— Джек, что ты делаешь! Ну-ка, отпусти дядю! — воскликнула Нелл, внутренне благодаря ребенка за вмешательство. Еще чуть-чуть, и она бы наговорила глупостей.

— Да все в порядке, не волнуйся, — успокоил ее Луис, плавно и изящно опускаясь на корточки и улыбаясь мальчонке.

У Нелл сердце защемило от этой картины. Руки непроизвольно опустились на живот. Она, наверное, совсем рассудка лишилась, раз отказывается выходить замуж за этого человека. Разве вправе она отказывать ребенку в возможности расти рядом с отцом? Она снова помотала головой, пытаясь привести в порядок мысли. Еще неделю назад все казалось так просто и понятно, не было никаких сомнений. Но теперь она не была уже так уверена, что поступает правильно. Действительно ли взаимная любовь — единственный повод для брака? Чем так уж плох компромиссный вариант?

Измученная противоречивыми доводами, родившимися в голове, Нелл обхватила себя руками за плечи, словно защищаясь от действительности. Как тут можно принять какое-то взвешенное решение, когда ее так тянет к Луису?

Предмет ее мук взглянул на Нелл снизу вверх, улыбаясь. Выражение его лица тут же изменилось, в глазах мелькнуло мужское самодовольство — он явно заметил состояние девушки. Но тут ребенок вновь потянул его за брючину, привлекая внимание к себе.

— Да, Джек, ты хочешь что-то спросить?

— Ты большой, но мой папа еще больше, — заявил мальчик, критически оглядывая Луиса.

— Думаю, когда ты вырастешь, то будешь таким же большим, как твой папа.

— А у тебя есть собака?

— Есть.

— Мне тоже очень-очень нужна собака. Но мама говорит…

— Джек, а вот и твоя мама, беги к ней скорей, — вмешалась Нелл.

Малыш, увидев приближающуюся мать, туг же отвлекся и бросился к ней.

— Милый мальчуган, — заметил Луис.

— Да. Они такие забавные в этом возрасте. Мозг как однозадачный процессор — может концентрироваться только на одной вещи зараз, — улыбнулась Нелл.

— Могу то же самое сказать и про себя, — глухо проговорил испанец с таким выражением, что у Нелл мурашки по телу побежали. Она отметила про себя, что и ему эта неделя, видимо, далась нелегко: заметно похудел, а под глазами залегли тени.

Тут он вынул из кармана бархатную коробочку и с неудовольствием увидел, что Нелл мгновенно спрятала руки за спину.

— Значит, получил? — тихо спросила англичанка.

— Получил, — подтвердил Луис с едва сдерживаемым гневом.

— Ну и в чем проблема? Зачем ты пришел? — Нелл вспомнила, с каким трудом стащила кольцо с пальца.

— И ты еще спрашиваешь?! — не в силах сдерживаться более, воскликнул Луис так громко, что Нелл вздрогнула и отпрянула. Это еще больше задело его. Неужели она думает, будто он в состоянии обидеть ее, ударить, причинить боль?

— А, поняла. Ты просто проходил мимо и подумал: «Ба, да тут же Нелл работает. Дай загляну, покричу на нее немного, поставлю в неудобное положение перед всеми коллегами!» Прекрасно, Луис. Просто отлично!

— Нелл, я вовсе не собирался на тебя кричать, прости. И не хочу тебя обидеть. Подумай сама, зачем я пришел. — Луис всеми силами старался умерить гнев. Гневался он и на нее — за упрямство. И на себя. Да, последние недели тяжело ему дались. Да, он измучился. Но ведь этого вполне можно было бы избежать, если бы с самого начала он не вел себя как последний кретин.

Призыв подумать был заранее обречен и безрезультатен. Ну не могла Нелл сейчас думать. Внутренний голос надрывался, стеная: «Ну почему же ты не любишь меня? Полюби меня! Люби!» Думать в таких условиях было нелегко. Так. Он о чем-то спросил, кажется? Зачем пришел? Ну уж точно не затем, чтобы снова сделать предложение? Ведь она не передумает ни за что!

— Не имею представления. Но уж покуда ты здесь, будь любезен, сбавь тон. Это все-таки библиотека, а не стадион.

— Почему ты вернула кольцо? — спросил Луис, игнорируя ее просьбу.

— Ты что, приехал из Испании, чтобы спросить об этом лично? А телефонов у вас там еще не изобрели?

— Будто ты стала бы разговаривать со мной по телефону! — язвительно ответил испанец.

— В сложившихся обстоятельствах я не сочла возможным оставить твое кольцо у себя, — с достоинством произнесла Нелл.

— Значит, моего ребенка ты сочла возможным оставить, а кольцо — нет?

— Луис, потише, пожалуйста! — прошипела Нелл, оглядываясь по сторонам. — Я, знаешь ли, люблю свою работу и не хочу потерять ее по твоей милости! — Она сделала шаг к Луису и шепотом произнесла: — И между прочим, это не только твой ребенок.

— Что ты говоришь? Значит, ты все-таки признаешь, что у ребенка два родителя! А мне было показалось, ты об этом как-то забыла. — Испанец и не думал говорить тише.

— Ни о чем я не забыла. Забудешь тут! — прошептала она и уронила голову на грудь. Действительно, забыть ей не удавалось. Воспоминания о днях, проведенных рядом с Луисом, преследовали Нелл постоянно.

Луйс взял ее за подбородок и приподнял лицо:

— Ты что, плачешь?

Она помотала головой.

— Вот что. Мы можем здесь где-нибудь поговорить с глазу на глаз? — спросил он и оглянулся по сторонам. Заметив, что к ним приближается какая-то женщина весьма решительного вида, он послал ей такой выразительный взгляд, что та мгновенно сменила траекторию движения.

— Браво, Луис, — горько заметила Нелл. — Это была моя начальница. Наверное, завтра мне можно уже на работу не приходить.

— Не глупи. Так где мы можем уединиться?

Нелл кивнула в сторону двери слева от них, Луис обхватил ее за плечи и повел туда.

К облегчению Нелл, в комнате никого не было. Луис, видимо, особого облегчения не испытал. С видом крайней брезгливости он осматривал помещение.

— Что это, каморка уборщицы?

— С вашего позволения, мистер, это комната отдыха персонала. Прошу вас, присаживайтесь. Может быть, чашку чая?

Но испанец остался стоять. В его присутствии комната и правда как-то стала смахивать на каморку. Еще одно доказательство того, что их миры — в миллионах миль друг от друга. И нельзя допускать, чтобы они пересеклись, это было бы противоестественно. Нелл почувствовала головокружение, словно стены комнаты стали сдвигаться, и приложила руку к груди.

— Ты все же плачешь! — констатировал Луис.

— А что если и так! — воскликнула Нелл. — Как мне не плакать? Я помню каждую минуту, что мы провели вместе. Я не могу выбросить тебя из головы ни на мгновение! О господи! — простонала она и попыталась отвернуться, но испанец крепко схватил ее за плечи и развернул к себе. — Отпусти меня, Луис! — попыталась протестовать Нелл, неуверенно стукнув его кулачком в твердую грудь.

— Никогда!

Нелл медленно подняла к нему лицо. Во взгляде зажглась надежда.

— Никогда? — переспросила она.

— Я не могу отпустить тебя, querida.

— Из-за ребенка?

— Нет, забудь пока про ребенка.

— Легко тебе говорить. Забудь, ха! — усмехнулась Нелл. — Тебя же не рвет каждое утро.

— Ты плохо себя чувствуешь? — обеспокоился Луис, внимательно вглядываясь в лицо собеседницы.

— Нормально. Просто мне нелегко забыть про ребенка, особенно если учесть, что, не будь ребенка, ты бы никогда не приехал.

— Как знать. Мой процессор, знаешь, в последнее время тоже стал единозадачным.

— Однозадачным, — машинально поправила Нелл. Она слушала Луиса, затаив дыхание.

— Точно. И задачку эту подкинула мне одна прекрасная колдунья с глазами, которые заглядывают прямо в душу.

— Ты намекаешь, что это я? — робко уточнила Нелл.

— Я не намекаю, querida. Я говорю прямо. — Луис улыбнулся.

— Так ты думал обо мне?

— Я засыпал и просыпался с мыслью о тебе. И спал тоже, если это можно назвать сном. Нелл, у меня без тебя, скажем так, все настройки сбились. Процессор отказывается функционировать нормально, — поведал испанец, целуя ее лицо. — С этим нужно срочно что-то делать.

Сердце Нелл радостно забилось, но она все же решила аккуратно уточнить:

— И что ты собираешься с этим делать?

— Собираюсь просить тебя выйти за меня замуж.

— Луис! — простонала Нелл, отворачиваясь, так как глаза снова наполнились слезами. — Мы же это уже обсудили.

— Нет-нет, послушай. Я знаю, почему ты отказала в прошлый раз. Это не из-за того, что ты не любишь меня. Я точно знаю, что любишь. Нелл, выходи за меня, потому что я люблю тебя. Ты ведь это хотела услышать, mi querida?

Нелл покачала головой, боясь верить в очевидное, верить в то чувство, что светилось в его взгляде.

— Ты говоришь так, потому что знаешь, что я ждала именно этого? Нет, так не пойдет! — прошептала она.

Луис шагнул к ней и крепко-крепко обнял так, что они оказались прижаты друг к другу.

— Нет. И говорю так, потому что не могу больше держать это в себе. И хочу, чтобы весь мир знал!

Нелл видела, что он говорит искренне. Видела, с какой неподдельной нежностью он смотрит на нее. Слеты все-таки хлынули из глаз, и она стала утирать их рукой.

— Не плачь, пожалуйста, Я этого не вынесу! Я так скучал по тебе. Я был таким идиотом, внушил себе, что мужчина любит только раз в жизни. Но я был просто трусом. После смерти Розы я ушел в себя, отгородился от всего мира. Лишь бы не знать больше чувства утраты. Я будто ушел в летаргический сон. Но теперь ты, mi quеrida, пробудила меня к жизни!

Нелл всхлипнула, а Луис продолжал:

— Ты такая красивая! Неудивительно, что я влюбился с первого взгляда.

— Луис, не говори так. — Нелл все еще сомневалась. — Верю, что ты любишь меня. Но я также знаю, что ты никогда не будешь любить меня так, как Розу. Нелл не хотелось, чтобы Луису пришлось притворяться.

— Говоришь, я любил Розу не так, как тебя? — переспросил Луис, склонив голову на сторону, словно обдумывая ее слова. — Действительно, ты права. И в этом-то и была проблема. Поэтому я и не мог сразу разобрать, что чувствую к тебе. Не узнавал любовь. Потому что мои чувства к Розе были нежными, глубокими, спокойными. Любовь к тебе иного рода — она горячая, порывистая, страстная. Словно вдруг проснулся долго дремавший вулкан, поминаешь? Я убеждал себя, что это всего лишь страсть. Потому что чувствовал свою вину.

— Вину? переспросила Нелл.

— Ну да. Я знал Розу много лет, мы росли вместе и привязались друг к другу. А тут являешься ты — незнакомка — и мгновенно вызываешь во мне такую бурю страстей, какой я никогда не знавал прежде. И твое лицо… оно такое… — Не умея выразить свои мысли и не в силах сдерживаться долее, он наклонился и поцеловал ее в губы жадным поцелуем.

Нелл посмотрела в его глаза, в его такое любимое лицо и произнесла то, что так долго боялась сказать:

— Я люблю тебя, Луис.

Испанец на мгновение задержал дыхание, а потом шумно выдохнул. Улыбка расплылась по его лицу.

— Ты даже не представляешь, как я хотел это услышать. Как важно мне было это услышать от тебя! — хрипло признался он,

— А кто-то говорил, будто знает, что я люблю его, — поддразнила она.

— Я старался себя в этом убедить. Иначе просто сошел бы с ума, — пожал плечами испанец. — Видишь, какую власть ты надо мной имеешь!

Молодая женщина смотрела на него сияющим взором. Она положила руку на щеку Луиса, а он повернулся и легонько поцеловал ее в ладонь.

— Обещаю, что не злоупотреблю своей властью! — тепло проговорила Нелл,

— Если и злоупотребишь, значит, я того заслуживаю. Мне страшно думать о том, скольких страданий можно было бы избежать, веди я себя с самого начала по-мужски. Я люблю тебя, но я всячески боролся с этим чувством. Потому что воспринимал его как предательство, понимаешь? После смерти Розы я ни к кому не привязывался. И когда встретил тебя, то не мог признаться себе в очевидном. А тут ты еще раскритиковала меня. Сказала, будто я идеализирую свой брак. Я жутко разозлился.

— Прости, Луис, — искренне проговорила Нелл. Она понимала, чего стоит Луису эта исповедь. — Мне не следовало тогда этого говорить. Просто я…

— Просто ты была права, дорогая, — отрезал испанец.

Нелл удивленно уставилась на него:

— Но как же… Ты ведь любил Розу. И у вас был идеальный брак…

— Ничего идеального на этом свете не бывает, Нелл. Ты же сама так однажды сказала. У нас тоже не все было гладко. Просто память избирательна. Кто знает. Если бы Роза осталась жива, у нас действительно могла бы быть счастливая семья. Но могло все сложиться и совсем по-другому, для того тоже имелись предпосылки.

Слушая его, Нелл чувствовала, как тают последние сомнения. Раз Роза не была идеалом… Есть шанс!

— Роза была свободной творческой личностью. Мои занятия, мой финансовый успех казались ей скучными и обыденными. А я в свою очередь не особо восторгался ее увлечениями альтернативной медициной, всякими хрустальными шарами и ее друзьями в нелепых балахонах. С другой стороны, она была готова к семейной жизни, хотела детей. А я тогда нет. Мы были очень юны и не отличались особой терпимостью. Да, Роза была хороша, она была прекрасна. Но она была. В прошлом. А ты, querida, мое будущее. — С этими словами он сжал ее ладонь.

— Наше будущее, Луис, — поправила Нелл, улыбаясь, и хрипло добавила: — Мне нравится, как это звучит — наше совместное будущее.

Смеясь, мужчина привлек ее к себе и осыпал поцелуями.

— Мне тоже нравится. У меня такое чувство, будто я после одиночного заточения вернулся домой, в любящую семью. — Он положил руку ей на живот и тепло улыбнулся. — Боюсь, я сегодня не смогу заснуть. А то вдруг проснусь, и окажется, что мне все это приснилось.

Нелл привстала на цыпочки и обхватила ладонями его такое милое, родное и любимое лицо.

— Не волнуйся, дорогой. Думаю, сегодня тебе спать не придется. Но не спать мы будем вместе.

— Давай не спать прямо сейчас, — хитро ухмыльнулся испанец.

— Не забывай, я на работе.

— Рядом с тобой я забываю про все на свете. Помню лишь только, как сильно я тебя люблю.

— Знаешь, наверное, руководство пойдет мне сегодня навстречу и разрешит уйти пораньше, — задумчиво произнесла Нелл.

Луис подхватил ее на руки и пристально взглянул в глаза, отчего у Нелл перехватило дыхание.

— Наше совместное будущее, mi querida, начинается прямо сейчас!