Марко снова уселся позади нее, стараясь держаться как можно дальше, и попросил:

      – Расскажи мне о женщине, к которой мы едем.

      – Джиджи увлекается парусным спортом. И ты провел с ней много времени, когда был здесь в прошлый раз.

      Саммер помнила, что каждый раз, когда она уходила на работу в кафе, он сразу же уезжал к Джиджи, чтобы испытать ее новую яхту в открытом море. Он никогда не звал с собой Саммер, и она даже решила, что Джиджи – высокая красивая женщина средних лет – нравится ему. Только потом, спустя время, она поняла, что его в действительности привлекало: возможность поплавать на яхте. В это время он обдумывал свои идеи.

      Джиджи жила в огромном поместье, прямо на морском берегу. Проехав по длинной аллее, по бокам которой были посажены высокие кокосовые пальмы, они остановились перед огромным особняком XIX века, с открытым круговым портиком.

      И прежде чем они успели слезть со скутера, к ним направилась высокая стройная женщина, в ярко-красном бикини, огромных черных очках и тончайшей, будто сотканной из воздуха накидке. Саммер еле удалось сдержать улыбку. Даже несмотря на приступы ревности, она любила Джиджи. Мужчины проявляли к ней живой интерес, не понимая того, что отсутствие стыдливости свидетельствовало лишь о том, что ей было совершенно все равно, что подумают о ней другие. Она носила этот откровенный купальник потому, что ей так было удобно, а вовсе не для того, чтобы произвести на кого-то впечатление.

      Подкравшись к ним, как охотник к добыче, Джиджи сняла черные очки и внимательно вгляделась в глаза Марко.

      – Выходит, ты меня не помнишь? – с укоризной произнесла она.

      – Простите, – сказал он, дружески улыбнувшись. Ему явно нравился ее вид. – А у вас очень запоминающееся лицо.

      – Запоминающееся? – Услышав эти слова, Джиджи выпрямилась, и ее зеленые глаза прищурились. – В каком смысле?

      – Оно очень милое, – быстро сказал он. – И поистине красивое.

      Женщина отогнала от себя сомнения.

      – Спасибо. Пойдем на причал. Ты все вспомнишь, как только снова увидишь «Ласточку».

      Марко охотно присоединился к ней, бросив на Саммер виноватый взгляд. Он пожал плечами:

      – Может, это сработает. Пойдем посмотрим.

      Яхта была шикарной. По пути к пирсу его переполняли чувства: он наслаждался видом яхты, запахом моря, звуком волн, бьющихся о берег. И неожиданно ему пришло в голову, что он смотрит на женщин как на прекрасные парусные суда. С недавних пор Марко смотрел так на Шайну. Для него эта женщина была особенной.

      Оказавшись на яхте, он погладил рукой деревянную обшивку и покачал головой.

      – Прекрасный корабль, – с благоговением произнес Марко. – А где же команда?

      Джиджи лучезарно улыбнулась:

      – Рабочие, которые трудятся в моем поместье, по совместительству – моряки. Я наняла их потому, что они – прекрасные мореходы, а потом научила ухаживать за садом, красить забор и всему остальному.

      –- Здорово придумано. – Он взглянул на паруса, трепетавшие на ветру. – Мы вместе выходили в море на этой яхте?

      Джиджи кивнула:

      – Мы по полдня катались на ней. Два раза.

      Марко кивнул, хотя, как ни старался, не мог этого вспомнить.

      – Я работал над дизайном?

      – Да. Ты все время делал эскизы и записывал какие-то цифры. Измерял своими приборами скорость ветра, температуру воздуха и постоянно все фиксировал. – Она покачала головой. – Не понимаю, почему я не догадалась тогда, кто ты такой.

      Нахмурившись, он задумался о том, почему так легко посвятил Джиджи в свои дела, но тщательно скрывал информацию от Шайны. Странно.

      Марко рассказал Джиджи о своих пропавших чертежах, но та сказала, что ничего о них не знает. Она пришла попрощаться с ним в день его отъезда, но лишь ненадолго, и никаких чертежей не видела.

      Приготовив сандвичи и холодный чай, Джиджи рассказала Марко и Саммер о своем муже, Джимми, который привез ее на эти острова десять лет назад.

      – А где он сейчас? – простодушно спросил Марко.

      Джиджи махнула рукой, будто это был неуместный вопрос.

      – Джимми уехал на материк за покупками. Он вернется на днях.

      – О-о. – Марко взглянул на Саммер.

      – Кстати, – весело сказала Джиджи, – не хотите ли взглянуть на то, как я обустроила свои владения? Пойдемте, оцените мой труд. Я создала настоящий райский уголок.

      Это был действительно рай на земле. Ее имение вызывало всеобщее восхищение. Они договорились о том, что Марко приедет на следующий день, чтобы отправиться вместе с Джиджи на яхте в открытое море.

      – Думаю, нам с Марко нужно съездить в Налики-Фоллс самой короткой дорогой, – сказала она хозяйке дома.

      – Ого! – усмехнулась Джиджи. – Это будет прекрасная поездка.

      Шайна кивнула, в ее глазах блеснул смех.

      – Я буду за ним наблюдать. Думаю, он выдержит это.

      Они критически взглянули на него, изучающе рассматривая с головы до ног, пока он не покраснел под их внимательными взглядами.

      – Эй, не волнуйтесь за меня, – сказал он, мужественно расправляя свои широкие плечи. – Я справлюсь.

      Саммер пожала плечами:

      – Он хочет, чтобы ему дали шанс.

      Джиджи, нахмурившись, скривила рот:

      – Боже, я просто не знаю...

      – Весьма интересно, – пробормотал он, притворяясь, что негодует, но на самом деле наслаждаясь этой игрой.

      Ему никогда ни с одной женщиной не было так хорошо, как с Шайной. В чем-то они были очень похожи, и это было так чудесно. Но между ними было какое-то непреодолимое препятствие, и он не мог понять, что это такое, черт возьми. Марко вздохнул, взъерошив рукой волосы. Что же он такого сделал, черт побери? И как ему загладить свою вину?

      – Не забудь, что у Элмо сегодня вечеринка, – напомнила Джиджи Саммер, когда они прощались. – Проследи за Марко. Ведь они вместе ездили на рыбалку в его прошлый приезд. Может, Элмо что-нибудь помнит?

      – Хорошая мысль, – ответила Саммер.

      Она совершенно забыла об этой вечеринке, а ведь собиралась приехать на нее, как только услышала. Половина острова должна быть там.

      – Говорят, там будет королевский ужин.

      Марко, не стесняясь, любовался ею – ее красивыми волосами, блестящими голубыми глазами, изумительно шелковистой кожей, – и ему хотелось ее обнять.

      – Там будут танцы? – с надеждой спросил он.

      – Национальные гавайские, – весело ответила она.

      Джиджи засмеялась, разгадав ход его мыслей.

      – Уверена, там будет оркестр, – сказала она.

      – Замечательно. – Он похлопал себя по животу. – Значит, я растрясу все то, что наем за ужином.

      – Насчет этого не волнуйся, – со смехом ответила Саммер, когда они распрощались с Джиджи и направились к скутеру. – Нам еще предстоит большая прогулка.

      – А как выглядит муж Джиджи? – спросил Марко, когда они подошли к «Веспе».

      Саммер, улыбнувшись, раскинула в сторону руки, наслаждаясь прохладным морским ветерком.

      – Понятия не имею. Я никогда не видела его.

      Это звучало странно.

      – А давно он уехал?

      – Не знаю. – Она вывела скутер на дорогу. – Он находится на материке и делает покупки с тех пор, как я познакомилась с ней.

      Марко язвительно улыбнулся:

      – А этот парень реально существует?

      – Интересный вопрос. – Саммер ждала, пока он усядется позади нее. – Не знаю, действительно ли Джиджи верит в его возвращение, или это всего лишь способ отбиваться от чрезмерно настойчивых кавалеров.

      – Как бы там ни было, – сказал он, вздохнув, – она умеет управлять прекрасными парусниками.

       «Ласточка» находится в идеальном состоянии. Наверное, Джиджи печется о ней день и ночь.

      – Она просто помешана на своей яхте. Думаю, так будет до тех пор, пока Джимми не вернется домой, если это вообще когда-нибудь произойдет.

      Марко обдумывал ее слова всю дорогу, пока скутер вез их в Налики-Фоллс. Мужчина был помешан на дизайне кораблей, Джиджи – на своей яхте. Но может быть, им стоит побольше общаться с людьми? Марко и прежде задумывался об этом – почему бы ему не влюбиться в какую-нибудь женщину? Неужели карьера для него так важна? Или яхты? Неужели он так ослеплен прекрасными кораблями, что перестал испытывать потребность в человеческом общении – в любви и нежности? Он не успел ответить себе на этот вопрос, потому что Шайна свернула с главной дороги, и скутер затрясся по каменистой тропе.

      – Ну вот, мы и приехали, – сказала она, останавливаясь на маленькой площадке. – Здесь начинается подъем в горы.

      Он слез со скутера, пробрался сквозь кусты и взглянул на скалу, на которую указывала Шайна.

      – Что? – в шоке воскликнул он. – Но ведь там нет даже тропинки! Думаешь, мы сможем залезть туда?

      – Боишься, что не сможешь залезть? – поддела его женщина, слегка толкнув кулаком в грудь.

      – Что такое трудности, я не знаю, – сказал он, почесав в затылке, и окинул взглядом скалу. – Но и профессиональным скалолазом меня тоже назвать нельзя. А сюда так просто не залезешь. Тут нужна специальная подготовка. Но если ты считаешь, что я справлюсь...

      Голос его затих. Саммер не спеша полезла на скалу... босиком! Засунув шлепанцы в карманы. Открыв рот, Марко смотрел на нее. Она карабкалась по склону, как обезьянка. Это было сумасшествием. На море ему приходилось бывать в разных переделках: он качался в хрупком суденышке на бушующих волнах, изо всех сил стараясь не сбиться с курса, а временами бывал в таких морях, которые кишмя кишели акулами. Но карабкаться по отвесной скале в глухих тропических джунглях? Такое ему приходилось делать впервые.

      Но все-таки мужчина не мог оставаться здесь, внизу, когда Саммер взбиралась по скале. Сдерживая досаду, Марко полез вслед за ней, но каждый раз, как только ему удавалось немного подняться вверх, он тут же сползал вниз.

      Какая-то птица взмахнула крыльями прямо у него над головой, чуть не выдрав у него клок волос.

      – Эй! – крикнул он вверх, отмахнувшись от птицы. – Хотя бы скажи мне, кто здесь водится.

      Саммер ухмыльнулась, взглянув на него сверху вниз, явно довольная своей победой. Усевшись на маленький уступ, она стала ждать Марко.

      – Змеи, – ответила она, когда Марко наконец, тяжело дыша, взобрался наверх. – Остерегайся змей и серебристых ящериц, которые кусаются.

      – Замечательно, – сказал он, мрачно взглянув на нее. – Так я и сделаю.

      – Когда я впервые оказалась здесь, – продолжала Саммер, – мне сказали, что здесь нет змей, но оказалось, что это не так.

      Она поняла, что проговорилась. Как только она произнесла эти слова, Саммер тут же поняла свою ошибку и внутренне застонала, надеясь, что Марко не заметит ее промаха. Но он заметил.

      – И когда же ты приехала сюда, Шайна? – быстро спросил он. – Давно ты здесь живешь?

      Мужчина игриво ущипнул ее за руку.

      – Признавайся.

      В ее глазах вспыхнули искры. Она покачала головой:

      – Я ведь уже говорила тебе – моя жизнь не обсуждается.

      Марко смотрел на нее долго-долго, затем пожал плечами:

      – Хорошо. Оставим это.

      Нахмурившись, он бросил опасливый взгляд на джунгли, окружавшие их. В отдалении послышался звериный рев. Кто же это?

      – Зачем мы сюда лезем? – спросил ее Марко, и в голосе его послышалась угроза.

      – Чтобы добраться до вершины, – ответила она и стала уверенно карабкаться вверх. – Там так красиво! За мной.

      Внезапно Марко обогнал ее и стал проворно, как белка, взбираться вверх. Вскоре Саммер поняла, что ее лидерство свелось к нулю. Они пробирались вдоль ручья, где свили себе гнезда птицы с ярким оперением, которые при их появлении с громкими криками вспорхнули в воздух. Затем им пришлось карабкаться по огромным валунам, поросшим редкой растительностью. В конце концов, сделав последний рывок, они оказались на вершине.

      – Посмотри вокруг. Как прекрасен мир! Каждый раз, когда я оказываюсь здесь, не могу налюбоваться на эту красоту!

      И Марко видел – это действительно было захватывающе. Под ними расстилались джунгли, позади них простирался безбрежный голубой океан. Красиво. Но разве стоило ради этого карабкаться на такую высоту? Он вовсе не считал себя слабаком, но ему было так жарко! С него лил пот, тело его болело, и он порезал руку до крови.

      – Скажи мне, Шайна, каким образом это восхождение поможет мне найти чертежи?

      Он пронзил ее мрачным взглядом. Улыбка ее была лучезарной – и совершенно невинной.

      – Никаким.

      Марко решил, что ослышался.

      - Что?

      – Я подумала, что нам надо немного размяться, - ответила Саммер.

      Он уже хотел сказать ей все, что об этом думает, когда внимание его привлекло нечто другое. Звуки. Поднявшись немного повыше, Марко посмотрел в ту сторону, где шумел водопад. И увидел у его подножия толпу людей. Родителей с детьми. Молодых женщин с колясками. И вдалеке машины.

      – Эти люди приехали, чтобы посмотреть на водопад. Не так ли?

      Женщина взобралась на скалу, где он стоял, и устремила свой взгляд в сторону, куда показывал Марко.

      – Да, конечно, – просто сказала она. – Туда ведет дорога с другой стороны острова.

      Слово «гнев» было малоподходящим для того, чтобы выразить чувства Марко. Он лез в горы, порезал себе руку до крови. А все для чего? Чтобы в конце концов оказалось, что можно было просто сесть в машину, приехать и полюбоваться тем же самым видом, не прилагая к этому никаких усилий.

      – Почему же нельзя было добраться сюда так же, как все эти люди?

      Пожав плечами, Саммер сверкнула голубыми глазами. В этот момент она была больше похожа на озорную девчонку, чем на взрослую женщину.

      – Конечно. Но это было бы так скучно...

      От неожиданности Марко чуть не поперхнулся, а она беззаботно продолжала:

      – Эта амнезия – замечательная вещь. – На губах ее заиграла улыбка. – Я проделала с тобой это дважды.

      – Что? Ты уже таскала меня сюда?

      – Конечно. – Улыбка Саммер стала шире. – Может, у тебя возникнет еще один приступ амнезии, и тогда я снова сделаю это?

      Секунду он молча смотрел на нее. Ее глаза засияли еще ярче. Не выдержав. Марко накинулся на нее:

      – Я тебе покажу приступ амнезии!

      Она бросилась бежать, но на этот раз не могла сравниться с ним в скорости. Саммер пронзительно взвизгнула. Крепко прижав ее к себе, Марко прорычал ей в ухо:

      – Ты хотела помучить меня, да? Ну, тогда будем вести честную игру. Что бы мне такое придумать, чтобы тоже помучить тебя?

      Марко притворился, что задумался, а Саммер вновь попыталась высвободиться из его рук – и снова вскрикнула. Но сопротивлялась она недолго. Порывисто наклонившись, он осыпал ее шею горячими поцелуями, и она мгновенно растаяла. Вздохнув, Саммер выгнулась ему навстречу, откинув голову и закрыв глаза, и Марко приник к ее губам. Он целовал Саммер, погрузившись в ее завораживающее тепло, и она отвечала на его поцелуи. Женщина целиком открылась ему – и приняла со страстью, которую не испытывала ни к одному мужчине. Каждая клеточка ее тела дрожала от возбуждения. На краткую секунду они были единым целым, и только это имело значение.

      Крик, донесшийся снизу, заставил их прийти в себя – они словно очнулись ото сна, – и, хотя кричали совсем не им, стало ясно, что появился кто-то еще. Отпрянув, Саммер заглянула в его темные бездонные глаза, но он не разжимал рук. Марко все крепче прижимал ее к груди, и она слышала бешеный стук его сердца. В этот момент Саммер почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

      Она взглянула на водопад. Возможно, Марко и не волновали такие вещи, но не ее. Саммер восхищалась этим потрясающим зрелищем: тропические цветы, растущие по бокам, мощный поток, устремляющийся с вершины вниз, капли воды, искрящиеся в воздухе, солнце, переливающееся на мокрых уступах скалы, красно-зеленые попугаи, кричащие на деревьях, белые бабочки, порхающие над скалами. Это место, как и пляж, было для нее олицетворением острова. Она любила эту тишину. Когда Саммер смотрела с вершины вниз, внутри у нее все трепетало. Ей даже нравилось это чувство опасности. Она любила все в Ранаи. Это место спасло ей жизнь. И сейчас она, как никогда, была наполнена решимостью никогда не покидать его.

      Откинув голову, Саммер вгляделась в красивое лицо Марка.

      – Должна признаться, я только теперь поверила в твою амнезию.

      Улыбнувшись, он внимательно вгляделся в нее, словно пытаясь что-то вспомнить.

      – Почему?

      – Если бы ты помнил этот подъем, то ни за что не согласился бы взобраться сюда во второй раз. Не так ли?

      Он чуть не рассмеялся.

      – Все правильно. – В конце концов Марко отпустил ее, покачав головой. – Автомобили все же придумали не зря, Шайна.

      Она рассмеялась, продолжая наслаждаться счастьем, которое он ей подарил.

      – Пойдем, – сказала она, вспомнив о том, что им надо спускаться вниз. – Нас ожидает гавайский пир.

      На остров уже спускалась тьма, но уличные фонари ярко освещали длинную и извилистую подъездную аллею, которая вела к вершине холма. Они услышали звуки музыки – еще до того, как заглушили мотор.

      – Что будем делать? Могу я рассказать, что ты потерял память? Или ты будешь расхаживать среди гостей и притворяться, что всех знаешь? – спросила Саммер.

      Марко кивнул.

      – Давай сделаем так. Ты намекнешь людям, что мне надо кое-что напомнить, а я буду слушать во все уши.

      На газонах перед особняком расположились гости. Казалось, алкоголя было гораздо больше, чем еды, хотя с кухни доносились аппетитные запахи. Громко звучала гавайская национальная музыка. Высокие темнокожие мужчины, в большинстве своем полинезийцы, били в .барабаны и пели высокими голосами, а перед ними на сцене выступали танцоры, исполняя танец хула. В лучах низкого закатного солнца волны океана переливались дивными красками. Атмосфера была сказочной. На остров опускалась еще одна чудесная ночь.

      В течение часа Марко проговорил со множеством гостей, ни одного из которых он не помнил. Но разговор был легким, непринужденным, и никто, казалось, не замечал, что временами он отвечает невпопад. И все же один раз Марко чуть не попал впросак, когда неожиданно столкнулся с матерью Эдди.

      – Мистер Смит, здравствуйте. Я слышала, что вы вернулись.

      Марко, повернувшись, увидел перед собой красивую молодую женщину с большими испуганными глазами. В руках она держала поднос с закусками. Он машинально взял фаршированный шампиньон, хотя меньше всего хотел это делать.

      – Привет, – сказал он, слегка запинаясь. Он понятия не имел, кто она такая. – Э-э... рад тебя снова видеть.

      Улыбнувшись, женщина предложила ему тост, украшенный креветкой.

      – Вот, – с хрипотцой прошептала она. – Лучше съешьте это. Поросенка еще только начали готовить, и вы не скоро сможете как следует поесть.

      – О да, конечно.

      Он неловко взял крекер и замер в нерешительности, потому что в другой руке держал бокал.

      Женщина взглянула на него, но не сделала никаких попыток ему помочь, пока креветка не стала сползать с крекера. В конце концов, когда она уже стала падать на пол, та ловко поймала ее в воздухе рукой. Молча, не говоря ни слова, она запихнула креветку ему в рот, будто это было самой естественной вещью на свете.

      – Хотите еще? – спросила она.

      Он молча кивнул, стараясь прожевать креветку как можно скорее.

      – А почему бы тебе не съесть такой же крекер? – спросил он, когда проглотил угощение.

      Она покачала головой:

      – Нельзя. Официантам не разрешается есть вместе с гостями.

      По глазам ее было видно, что она голодна, а голос у нее был такой печальный, что он не смог сдержаться. Развернув сервировочный столик, Марко взял с подноса крекер с креветкой и засунул ей в рот, прежде чем женщина успела его остановить.

      – О! – засмеявшись, воскликнула она, но, украдкой оглядевшись вокруг: не видит ли кто, быстро прожевала крекер. – Это у меня обед, – счастливо сказала женщина.

      Марко усмехнулся. Она была очаровательна, но кто же это такая, черт возьми?

      Когда, махнув Марко рукой, женщина отправилась обслуживать других гостей, он увидел, как к нему подошла Шайна.

      – Ну, и как ты нашел Лейлу? – спросила она. – Эта женщина берется за любую работу, которую ей предлагают, лишь бы прокормить детей.

      – Лейла! – Конечно. Как же он сразу не догадался? – Так вот кто это!

      – А ты разве не понял? – Саммер удивленно взглянула на него.

      – Нет. Она красивая, да?

      – Да, конечно.

      Саммер почувствовала, как сжались ее губы, и тут же засмеялась над собой. Это была типично женская реакция. «Если какая-то женщина удостаивается комплимента, это не значит, что она конкурирует с тобой!» – напомнила она себе.

      Они подошли к импровизированной сцене и стали смотреть зажигательные таитянские танцы. Танцоры энергично изгибались в такт ритмичной музыке, зрелище было захватывающим, и им наслаждались все, кроме Марко. Он напряженно думал о том, зачем они приехали сюда.

      – Здесь есть кто-нибудь, кто мог бы хоть что-нибудь рассказать обо мне? – спросил он Саммер, и в голосе его прозвучало нетерпение.

      – Элмо, – сказала она. – Кстати, именно он устраивает эту вечеринку.

      – Хорошо. И какое отношение этот человек имеет ко мне? Что он мог видеть?

      Скривив губы, Саммер задумалась.

      – В прошлый твой приезд вы с ним ездили на рыбалку. Ты приехал воодушевленный, но без единой рыбки. – Она, будто школьная учительница, пригвоздила его к земле строгим взглядом. – По всему было видно, что ты прекрасно провел время.

      – Сдается мне, у него была моторная лодка? – отметил Марко.

      – Да. Оснащенная всем, что требуется для ловли рыбы в открытом море. Но у меня сложилось впечатление, что вы совсем забыли о рыбалке. Вы сидели в лодке, пили пиво и рассказывали друг другу всякие рыбацкие истории. Хотя я могу ошибаться. – Саммер забавно вздернула носик. – Но ведь ты все равно не помнишь.

      Она так очаровательно дразнила его, что ему захотелось ее поцеловать. Но расслабляться было нельзя.

      – Отведи меня к нему, – сказал Марко, немного жалея о том, что не стал ее целовать, но надо было заниматься делом. – Посмотрим, что он скажет.

      Элмо – большой грузный мужчина – приехал сюда из Дании еще подростком и наладил здесь свою жизнь. Он стал строить дома для богатых клиентов, занимающихся торговлей, и скоро его перестали воспринимать как «пляжного юношу», без дела шатающегося по курорту. И он любил устраивать вечеринки.

      Элмо с радостью вспомнил Марко, и сразу посыпались шутки-прибаутки насчет пива и выловленных рыб. Но когда тот попытался заговорить с ним о потерянных чертежах, Элмо погрустнел.

      – Время от времени ты делал какие-то записи, – признался он. – Но я никогда не придавал этому значения.

      Еще один тупик. Элмо кто-то позвал, и Марко, обернувшись, снова увидел рядом с собой Лейлу, с очередным подносом в руках.

      – Устрицы, запеченные в тесте, – прошептала она. – Попробуйте.

      Устрицы действительно были необыкновенно вкусными. Марко взял две порции.

      – Надеюсь, Джилли и Эдди не свели вас с ума, – сказала Лейла, перед тем как уйти. – Последние два дня меня почти не было дома...

      – Ну что ты, – сказал он. – Они замечательные дети.

      – О, спасибо вам, – ответила она, и голос ее дрогнул. – Они очень славные. Сейчас они дома, и Джилли готовит им обед.

      Лейла тяжело вздохнула. Видно было, что больше всего на свете ей сейчас хотелось оказаться дома с детьми, а не на этом приеме.

      – Надеюсь, эта вечеринка не затянется надолго, – пробормотала она больше себе, чем ему.

      В этой женщине была какая-то тайная печаль, и Марко, против воли, был заинтригован ею. Она казалась такой мужественной и в то же время уязвимой, и ему безумно захотелось чем-то помочь ей.

      – Лейла, мне очень жаль твоего мужа.

      – Да. – Глаза ее вспыхнули, когда она взглянула на Марко. – Он исчез в районе Сангрийских островов.

      – И не осталось никаких следов?

      Она колебалась.

      – Ну, спасатели обыскали Сангрию и два маленьких близлежащих острова. Потом я сказала им, что он часто ездил на остров Григос, куда его еще ребенком возил дед. Его искали там, но... – Лицо ее на секунду окаменело. – Я не думаю, что они тщательно все обыскали. Поэтому я пытаюсь заработать немного денег, чтобы нанять лодку и самой отправиться на поиски.

      Да, это была действительно отважная женщина. Он одобрительно кивнул:

      – Молодец, Лейла. Даже если ты ничего не найдешь, тебе будет спокойнее.

      Она ответила:

      – Вы знаете, мистер Смит...

      – Зови меня Марко. Улыбка ее слегка дрогнула.

      – Хорошо, Марко. – Лейла вздохнула, и взгляд ее затуманился. Затем в нем вспыхнула тревога. – Я знаю, что вам, наверное, говорили о Тони. О том, что у него появилась подружка и он специально спрыгнул с лодки, имитируя свою гибель, чтобы... уйти от меня к ней, – сказала она, и голос ее сорвался. – Но это неправда. Да, он очень красивый и всегда увлекался женщинами. – Она взглянула на Марко, и он увидел, что глаза ее наполнились слезами. – Но люди не могут понять одного: Он любил меня и своих детей, и он бы ни за что не оставил нас. Никогда.

      Лейла умоляюще взглянула в его лицо, будто он мог чем-то ей помочь, и Марко растерялся.

      – Я... я убежден, что он вернется, – произнес он неуверенно.

      Она натянуто улыбнулась и, повернувшись, исчезла в толпе. Он посмотрел ей вслед, и сердце его больно сжалось. Марко знал, что ничем не может ей помочь. Он никогда не чувствовал себя таким растерянным. Если бы можно было хоть что-нибудь вспомнить...

      Вечер сменился ночью. Быстро исчезли последние лучи заходящего солнца. И вдруг, совсем неожиданно, он вспомнил об Эдди. Марко бросился искать Шайну. Ему не сразу удалось найти ее.

      Она стояла возле декоративного пруда, в котором лениво плескались серебристые карпы, окруженная толпой гостей. Саммер сама не ожидала того, сколько знакомых здесь встретит. А ведь она жила на острове всего лишь год. Каждый обращался с ней как со старым добрым другом. И здесь ей было хорошо. Она чувствовала себя частью этой жизни. А лучше всего было то, что ей не надо было ничего, чтобы возбуждать интерес толпы и постоянно напоминать о своем существовании, чем она занималась всю свою жизнь, пока не приехала сюда. Здесь, на острове, люди принимали ее такой, какая она есть. Без прикрас.

      Конечно, и здесь не все было совершенным. Иногда ей встречались ревнивые женщины, которые защищали своих мужей так, будто опасались, что она уведет их. Были и мужчины, которые пытались обольстить ее. Но она четко дала понять им, что отношения подобного рода ее не интересуют.

      Здесь, на Ранаи, Саммер была счастлива. Единственное, о чем она тосковала, – это о том, что у нее не было семьи. Близкого человека. И малыша. Но теперь она была, уверена, что ребенок у нее будет: спасибо прежнему Марко.

      А теперь в ее жизни появился новый Марко. И правда заключалась в том, что Саммер обожала их обоих. А скоро в ее жизни появится малыш. Если бы только она могла рассказать об этом Марко! Она собиралась стать матерью, а точнее, матерью-одиночкой. Что ждет ее малыша, когда он родится?

      Саммер направилась к террасе, когда Марко нагнал ее. Едва успев осознать, что делает, она бросилась к нему и тесно прижалась к груди.

      – Сага mia, в чем дело? – воскликнул он, приподняв ее голову за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. – Что случилось?

      Женщина покачала головой, не в силах заговорить, потому что слезы готовы были хлынуть из ее глаз. Он нежно поцеловал ее в губы, она тихо и жалобно пискнула, как котенок, затем судорожно выдохнула, когда его руки крепче обхватили ее. И в этот момент у нее возникло небывалое ощущение защищенности и спокойствия. Но разве может быть так, чтобы тот, кого она боялась, был тем же человеком, который сейчас держал ее в объятиях? Нет, это невозможно.

      – Прости, – сказала Саммер, вырываясь. – Я веду себя как ребенок.

      – В чем дело, Шайна? – спросил он, хватая ее за руку. – Тебя что-то испугало?

      – Ничего. – Ей удалось изобразить беззаботную улыбку, и она поздравила себя. – Правда, ничего. А ты хотел мне что-то сказать?

      Нахмурившись, Марко пытался понять, что ее так расстроило. Он был рад, что она так трогательно бросилась к нему. Но больше всего его поразила собственная реакция. Чувства Марко были такими глубокими и бурными, будто он готов был сделать все, что мог, лишь бы вернуть ее улыбку.

      – Шайна...

      – Ш-ш-ш, – сказала она, качнув головой. – Ничего не случилось. Я просто думаю. Меня волнует Эдди.

      Марко быстро кивнул:

      – Именно о нем я и хотел с тобой поговорить. Нам надо ехать. Ведь я ему обещал.