Лили уставилась на Сантьяго, не в силах вымолвить ни слова.

     — Неужели я спросил нечто из ряда вон выходящее?

     Хороший вопрос.

     Раньше у Лили даже мысли не возникало, что когда-нибудь ей придется на него отвечать. Девушка думала, что больше никогда не увидит Сантьяго. Соврать было бы проще всего, и Лили открыла было рот, но слова не шли. Язык как будто прилип к нёбу.

     — Ну? — теряя терпение, сказал Сантьяго.

     — Что «ну»?

     — Я знаю, как ты любишь играть в игры, Лили, — прошипел он сквозь зубы. — Но, поверь, сейчас не время.

     Как не время и предаваться сексуальным фантазиям, подумала Лили, но ничего не могла с собой поделать. Сантьяго был так прекрасен! Даже в гневе. Эти сверкающие глаза, эта прядь смоляных волос, упавшая на высокий лоб! А какое у него тело...

     — Ни во что я не играю! — огрызнулась Лили, пытаясь унять разбушевавшуюся фантазию. — И я хочу, чтобы ты немедленно покинул мою комнату.

     Сантьяго не двинулся с места.

     — А я хочу знать, кто был отцом твоего ребенка.

     — Зачем тебе вдруг понадобилась подобная информация?

     — Зачем? Ты говоришь серьезно?

     — По-моему, мой вопрос правомерен.

     — Да ты понятия об этом не имеешь! — прогремел Сантьяго.

     — Ты можешь говорить тише?! — воскликнула девушка.

     — У тебя нет никакого представления о правде! Ты... — Сантьяго стиснул зубы, с трудом взяв себя в руки. — Я предупреждаю тебя, Лили...

     — Предупреждаешь меня? — эхом повторила девушка, дыша так же тяжело, как и он.

     Было время, когда она нуждалась в Сантьяго, когда хотела, чтобы он был рядом, но его не было. А теперь, когда Лили только-только начала налаживать собственную жизнь, он вдруг появился и намерен все разрушить. Она посмотрела на его руки, сжатые в кулаки. А ведь раньше эти самые руки ласкали ее...

     Не думай об этом, Лили, приказала себе девушка, но было уже поздно. Приятное тепло разлилось по всему ее телу, вызывая необыкновенные ощущения в животе.

     — Какого черта ты орешь на меня? У тебя нет права угрожать мне, Сантьяго. Мы всего лишь спали вместе.

     Губы Сантьяго вытянулись в тонкую линию, желваки заиграли. Он выругался на своем родном языке.

     Широко раскрыв глаза, Лили смотрела на этого мужчину, в котором сейчас взыграла горячая испанская кровь. Да, Сантьяго в ярости, но как он сексуален в этот момент!

     — Да и какой в этом смысл? — слабо улыбнулась Лили. — Сам подумай, какая теперь разница? Ребенка уже нет.

     — Это был мой ребенок, Лили? — настаивал Сантьяго. — Просто скажи «да» или «нет». Неужели это так сложно?

     Почему? — спрашивала себя Лили. Почему я не могу признаться ему? И все. Конец истории.

     — Ты же знаешь, мы пользовались... мы были осторожны...

     По крайней мере, Сантьяго был. Лили со стыдом призналась себе, что в его объятиях забывала обо всем на свете, предоставляя ему возможность заботиться о предохранении.

     — Защита не всегда работает. Единственное, что может гарантировать стопроцентную уверенность, — полное воздержание.

     — Но это не в твоем стиле, правда? — спросила Лили, подумав обо всех тех женщинах, которые, должно быть, поддались его очарованию с тех пор, как они расстались.

     — Ну, уж и не в твоем тоже.

     — Это было просто физическое влечение.

     — А мне-то, дураку, казалось, что это судьба. Представь мое разочарование! — Его сарказм исчез, когда он добавил: — Последний раз спрашиваю: ты носила моего ребенка?

     — Я не люблю ультиматумов, Сантьяго.

     — А я не люблю, когда мне врут, Лили, — он с трудом сдерживал свою злость.

     — Я ни разу не обманывала тебя, — произнесла Лили. Покраснев до корней волос, она обреченно кивнула: — Думаю, это был твой ребенок, Сантьяго.

     — То есть ты не уверена?

     Лили почти не слышала его голос. Воспоминания о том дне, когда она потеряла ребенка, снова нахлынули на нее. Боль от потери, чувство полной беспомощности и отчаяния снова пронзили сердце.

     Глаза Лили застилали слезы. Она не сопротивлялась, когда Сантьяго усадил ее на диван и сел перед ней на корточки так, чтобы видеть ее лицо.

     — Сделай глубокий вдох, — скомандовал Сантьяго.

     Забота, которая зазвучала при этом в его голосе, заставила Лили взглянуть на него. Их лица были так близко, что почти касались друг друга. Блеск его темных глаз пробуждал в Лили почти забытые чувства.

     — Не нужно быть со мной милым, — попросила девушка. Что будет для него совсем не трудно, с грустью отметила она про себя. Его злость вполне понятна. Ведь она позволила Сантьяго думать, будто он флиртует с одинокой женщиной, хотя на самом деле она была еще замужем...

     Лили пыталась объяснить Сантьяго, что вовсе не хотела обманывать его, что он сам все неправильно понял, но он и слушать ничего не хотел...

     — Брось, Сантьяго, — говорила она в тот день, когда он узнал правду. — Неужели ты ни разу не обманывал женщину, чтобы затащить ее в постель?

     На секунду Лили показалось, что он набросится на нее. Однако Сантьяго рассмеялся. Но то был какой-то надрывный смех, от которого мурашки пробежали по ее спине.

     — Тебе не надо было обманывать меня, чтобы переспать со мной, дорогая, — усмехнулся Сантьяго.

     — Мне казалось, ты не спишь с замужними женщинами, — не удержалась от комментария Лили.

     — Нет. — С минуту Сантьяго молчал. — Но для тебя я бы сделал исключение.

     — Неужели передо мной так трудно устоять? — спросила она с сарказмом.

     — Да.

     У Лили перехватило дыхание. Приятное тепло разлилось по всему ее телу, когда она посмотрела в его темные глаза.

     — Сантьяго!.. — выдохнула она, потянувшись к нему.

     Именно в тот момент должна была решиться их судьба. Если бы только Сантьяго протянул ей тогда руку, все могло бы сложиться по-другому.

     Но он этого не сделал.

     — Я и без того пытаюсь не быть с тобой слишком любезным, — сказал Сантьяго, возвращая Лили в настоящее.

     Их глаза на мгновение встретились. Не сумев сдержать слез, девушка отвернулась.

     — Нет. — Сантьяго взял ее за подбородок и снова развернул к себе. — Не пытайся улизнуть, Лили.

     — Кажется, твои попытки имеют успех, — всхлипнула она.

     — Значит, теперь я грубый монстр, да? — усмехнулся Сантьяго.

     — Нет, — покачала головой девушка. — Но ты можешь быть очень жесток, когда злишься.

     — Это так, черт побери!

     Его признание, сделанное в порыве злости, удивило Лили.

     — Только тебе удается так завести меня. Будь то злость... — глаза Сантьяго остановились на губах девушки, — или страсть...

     Они молчали, когда Лили встала и, потянувшись к Сантьяго, опустила голову ему на грудь. Какое-то время они просто стояли так в тишине. Потом Лили отступила.

     — Что ты хочешь знать? — прошептала она, заглянув в его глаза.

     — Когда ты... ну, когда это случилось?

     — Я была на шестом месяце, — ответила Лили; ей не составило труда понять, о чем хотел спросить Сантьяго.

     — Шесть месяцев, — он напряженно сглотнул. — Дети ведь иногда живут, когда рождаются на таких сроках, разве нет?

     — Мой ребенок умер, — нахмурилась Лили, вспомнив, как молодая медсестра, делавшая ей ультразвуковое исследование, извинилась и вышла из кабинета. «Я должна сходить за доктором», — пояснила она, стоя у двери.

     Лили сразу поняла, что что-то не так. Врач с усталыми и добрыми глазами держал ее за руку, когда сообщил о том, что ребенок мертв.

     — Вы уверены? — беспомощно спросила Лили. — Может быть, это ошибка?

     — Ошибки быть не может, — подтвердил доктор свой страшный вердикт. — Хотя обычно мы проводим повторное УЗИ, но в вашем случае я абсолютно уверен. Могу я что-нибудь для вас сделать? Связаться с вашим мужем... или партнером?

     — Нет, он... мы больше не вместе.

     — У вас есть родственники, кто-нибудь, кому я мог бы позвонить?

     — Не нужно. Я в порядке...

     — Наш ребенок.

     — Прости? — Лили не сразу поняла, где она и что сейчас с ней говорит Сантьяго.

     — Наш малыш. Ребенок, которого ты носила, он ведь был наш, а ты даже не подумала сообщить мне.

     — У меня голова была занята совсем другим.

     — Неужели тебе было так трудно поднять трубку и позвонить мне?

     — А ты бы поверил? — с болью в голосе спросила Лили. Сантьяго молчал, и она продолжила: — Неужели ты смог бы отказаться от того образа жизни, к которому привык? А ты подумал, что было бы со мной, если бы после всего мне пришлось бы пережить еще и нападки журналистов?

     — Журналистов?

     — Разве не так происходит, когда знаменитый отец отказывается от отцовства?

     — Я не знаменитость.

     — Стоит тебе хоть шаг ступить, как об этом тут же пишут в газетах. У тебя больше денег, чем можно было бы потратить за всю жизнь. Могу поклясться, ты даже не знаешь, сколько их у тебя.

     Сантьяго пропустил это замечание мимо ушей.

     — Я не люблю публичности и не выношу свою личную жизнь напоказ, — произнес он спокойно.

     — А как же Сьюзи Себастиан и твое появление с ней на финале «Главной музыкальной премии»?

     — Ради всего святого, давай оставим эту тему! Мы говорили о том, почему ты не сказала мне о ребенке.

     — Таблоиды платят неплохие деньги за рассказы о знаменитостях, — не унималась Лили.

     — Мне следует ожидать появления в газетах трогательной истории в ближайшем будущем?

     — Очень смешно, — огрызнулась девушка. А может быть, Сантьяго говорит серьезно? Неужели он считает меня способной на такое? — подумала она. — Я пока не нуждаюсь в финансовой поддержке. Хотя кто знает, что будет потом?..

     — С чего ты взяла, что я не признаю отцовства?

     — А тебе не кажется, что даже мысль о том, что ты признаешь отцовство в тех обстоятельствах, вызывает смех?

     — Разве ты видела, чтобы я улыбался?