Карен разозлилась и, как ни странно, немного успокоилась.

- Кто бы говорил о ханжестве! - огрызнулась она. - Ты же сам твердил, что я тебе не нравлюсь, что я слишком худа и...

- Я солгал.

Карен ошеломленно уставилась на Джона. Он пожал плечами.

- На самом деле я лгал тебе с той минуты, когда ты снова вошла в мою жизнь. Мне не следовало стремиться к постыдному браку с Лори. Она была права, когда сказала, что на самом деле я ее не любил. Как я мог любить другую женщину, если думал только о тебе?

Карен молча смотрела на Джона, и в сердце ее распускался хрупкий цветок сумасшедшей надежды. Что он хочет сказать? Что любит ее? В это невозможно поверить, но ведь не только от похоти горят глаза Джона, когда он смотрит на нее?..

- Джон!.. - не выдержав, простонала Карен, и его синие глаза вдруг неприятно похолодели.

- Не волнуйся, милая, - проговорил он с язвительной усмешкой, каждым словом безжалостно сокрушая хрупкие лепестки надежды. - Я вовсе не намерен объявить, что люблю тебя и буду любить до гроба. Я имел в виду, что, если мужчина влюблен в одну женщину, он не может дни и ночи грезить о другой, а именно так со мной и было с той минуты, как мы снова встретились. Старая любовь и вправду не ржавеет. Впрочем, судя по прошедшей ночи, тебя одолевает та же хворь. Ничего, теперь мы оба на пути к исцелению. Где-нибудь через полгодика наша взаимная страсть выгорит дотла, угомонится - и тогда, быть может, я сумею наконец выспаться. Так куда мы с тобой пойдем сегодня ужинать?

Отчаяние Карен было так велико, что смысл вопроса дошел до нее не сразу.

- Что? - тупо переспросила она.

- Сегодня. Ужинать, - терпеливо повторил Джон. - Мне заехать за тобой на работу или домой? Раз уж мне нечем заняться, я хотел бы провести этот день с матерью - надо же ее как-то утешить после вчерашних треволнений.

- Но.., но я тоже должна после обеда заехать к ней! - пробормотала Карен. - Мне нужно проверить, должным ли образом навели порядок.

- Превосходно. Значит, встретимся там. Ничего ужаснее Карен и придумать не могла!

- Но.., но...

- Карен, милая, в чем дело? - почти заботливо спросил Джон, беря ее руки в свои. - Неужели я тебя огорчил? Послушай, конечно же в наших отношениях будет не только секс. Мы будем вместе ходить в рестораны, отдыхать, иногда и разговаривать о чем захочется. Мы только не будем строить совместных планов на будущее, Это было бы бессмысленно, правда?

- Д-да, наверное...

Потому что ты не любишь меня, с горечью мысленно добавила она.

- Отлично. Что ж, тогда мы договорились.

- Но...

- В котором часу ты приедешь в Голливуд?

- Около двух.

- Значит, встретимся в два.

- А.., как же твоя мать? - с трудом проговорила Карен.

- При чем тут моя мать?

- Я не хочу, чтобы она знала.., о нас!

- Почему это?

- Потому что.., потому что она мне нравится, и я ей тоже нравлюсь, и мне не хотелось бы.., причинить ей боль.

Джон как-то странно взглянул на Карен.

- То есть тебе небезразлично, что она о тебе подумает?

- Да. Да.

- Понимаю. Поразительно. Что ж, ладно, я ей ничего не скажу. Я, впрочем, и не собирался. Ну, увидимся в два часа.

Джон небрежно чмокнул Карен на прощание и направился в ванную.

Глава 15

- Да как ты посмел наболтать обо мне Джону такое?! - кричала Карен на Винсента, яростно молотя по столу крепко сжатыми кулачками. - Ты не имел никакого права! Это просто возмутительно, и я никогда - слышишь, никогда! тебе этого не прощу!

Ой-ой-ой, оторопело подумал Винсент. Карен, кажется, в курсе, что я рассказал Джону о ее личной жизни. Но откуда она могла это узнать? А главное - когда?

Карен определенно пребывала в полном неведении вчера вечером, когда звонила Винсенту в самый разгар торжества в доме Каррадинов. Спокойным, хотя и не слишком веселым тоном она сообщила партнеру, что брачная церемония благополучно завершилась и праздничный прием идет полным ходом. Что же произошло после этого между Карен и счастливым новобрачным?

Впрочем, судя по тому, как она взбешена, об этом лучше не расспрашивать. Винсент благоразумно решил изобразить полное неведение.

- Карен, - осторожно начал он, - я, собственно, не понимаю, о чем идет речь...

- Все ты прекрасно понимаешь, лживый, эгоистичный, ублюдочный сукин сын! Ты испугался, что я заведу шашни с Джоном и испорчу тебе счастливую возможность устроить свадьбу сезона! А потому ты сказал Джону, что я испорченная девка, которая спит с кем попало и думать не думает ни о замужестве, ни о детях!

- Вовсе я не говорил, что ты спишь с кем попало! - возразил Винсент. Я только сказал Джону, что все твои связи с мужчинами слишком уж скоротечны. Что до отношения к замужеству и детям - так ведь ты и сама этого не скрывала.

- Ты понятия не имеешь, что наделал! горестно всхлипнула Карен.

- Честно говоря, и в самом деле не имею. Какая разница, что именно я наговорил Джону Каррадину, если он уже благополучно вступил в брак и отбыл в свадебное путешествие? Ты его больше не увидишь.

Карен застонала так, что Винсент испугался не на шутку.

- Я чего-то не знаю?

Вместо ответа Карен рухнула в кресло напротив его стола и закрыла лицо руками. Винсента охватила паника.

- Карен! Немедленно расскажи мне, что происходит!

Она порывисто вскинула голову, и Винсент увидел, что в ее широко раскрытых карих глазах пляшет почти безумный огонек.

- А, ты хочешь знать, что происходит?! Хорошо, скажу - но учти, гораздо интереснее то, что уже произошло!

Интереснее? Винсент нутром почуял сенсацию.

Карен вскочила и принялась возбужденно расхаживать по комнате.

- С чего же мне начать? - вопросила она фальшиво-бодрым тоном телекомментатора. - С той минуты, когда мать новобрачного обнаружила, что новоиспеченная невестка влюблена не в ее сына, а в своего кузена?

У Винсента отвисла челюсть.

- Или же мне следует вернуться в тот день, когда Джон Каррадин впервые заключал брак? Со мной! В день, когда я потеряла ребенка, а потом ушла от Джона, потому что мне сказали, что я его недостойна и рано или поздно он возненавидит меня за то, что я ему не ровня!

Сердце Винсента болезненно сжалось от сострадания. Бедная девочка!..

- Нет, - безжалостно продолжала Карен, - это было бы слишком мелодраматично. Итак, забудем о мертвых и ушедших! Начнем с того, как после отъезда Лори и Феликса Джон попросил меня изобразить Лори - заметь, всего лишь для того чтобы обвести вокруг пальца приглашенных на свадьбу гостей! Такие побуждения были мне понятны, и я согласилась. Опять-таки надо было спасать безупречную репутацию нашей фирмы! - добавила она, свирепо взглянув на Винсента.

- Разумно, - осторожно похвалил он, пытаясь угадать, какие ужасы поведает ему сейчас Карен.

- Вот только потом милейший Джон пожелал, чтобы я исполнила роль новобрачной в, так сказать, более интимном плане. И я, слабая глупая женщина, не смогла отказаться. Так что мы провели ночь в одной постели, и теперь я снова влюбилась в Джона, только на этот раз он вовсе меня, не любит! Он считает, что я гожусь исключительно для сексуальных удовольствий, и он будет пользоваться мной, точно куклой, пока не излечит свое разбитое сердце иди же уязвленное самолюбие. И, самое ужасное, Винсент, я.., я готова ему это позволить!

С этими словами Карен как-то по-детски сморщилась и вдруг разразилась бурными рыданиями. Винсент торопливо вскочил, подхватил ее под руку и усадил в большое мягкое кресло, в котором вполне могли разместиться двое, Винсент держал его специально для того, чтобы принимать женихов и невест. Карен рухнула в кресло и, закрыв лицо руками, заревела белугой. Усевшись на подлокотник, Винсент ободряюще похлопал ее по плечу и ласково сказал:

- Ну-ну, поплачь. Тебе это полезно. Ты вообще слишком мало плачешь. А когда успокоишься, я расскажу тебе, как все это выглядит на самом деле.

Безутешно рыдавшая Карен словно и не слышала его, но что-то, видно, до нее дошло, потому что минуты через две она стихла и подняла залитое слезами лицо. Взяв протянутый Винсентом бумажный носовой платок, она старательно высморкалась и, насупившись, в упор посмотрела на своего компаньона.

- Что значит "на самом деле"?

- А почему, ты думаешь, я рассказал все это Джону? - вопросом на вопрос ответил Винсент. - Да потому что понял, что он к тебе неравнодушен. И речь идет, между прочим, вовсе не о физическом влечении, а о более глубоких чувствах. Уж ты мне поверь, я ведь повидал немало влюбленных парочек.

Сердце Карен замерло от внезапно нахлынувшей надежды.

- Ты.., ты думаешь, что Джон меня любит? - пролепетала она.

- Скажем так: ты ему небезразлична.

- Что же ты мне об этом не сказал?! - взорвалась Карен.

- Черт, а с какой же стати? Я ведь считал, что Джон для тебя - всего лишь источник нежеланных осложнений. К тому же он собирался жениться на другой. Хорош бы я был, если бы проболтался, что он к тебе неровно дышит!

- Ты в этом уверен, Винс? То есть.., ты уверен, что Джон ко мне неравнодушен?

Карен не осмелилась употребить слово "любит". Если она поверит в это, а потом окажется, что Джону на нее наплевать, вот тогда она и вправду сойдет с ума!

Винсент дружеским жестом взял ее руки в свои.

- Как же я могу быть в этом совершенно уверен? Джон мне не исповедовался, так что полагаюсь только на собственное чутье. Ты ведь провела с ним ночь. Если он тебя любит, то наверняка хоть раз дал это понять - если не словами, то действиями.

Карен всем сердцем желала, чтобы Винсент оказался прав. Да, минувшей ночью Джон был с ней нежен - но и циничен, а порой даже жесток. Неужели любящий мужчина мог бы так с ней обращаться?

- Нет, - сказала она с горечью, - я не думаю, что Джон меня любит.

- А ты спроси об этом у него самого, - предложил Винсент.

Карен широко раскрыла глаза.

- А заодно, - продолжал он, - сама признайся, что любишь его. И расскажи правду о том, почему ты его бросила. Бьюсь об заклад, что он до сих пор об этом не знает.

- Но я.., я не могу...

- Дружок, настал момент истины, - твердо сказал Винсент. - Другого такого случая у тебя не будет.

Момент истины...

Сама мысль об этом ужаснула Карен, но в то же время она понимала, что Винсент прав.

Настало время говорить правду, только правду и ничего, кроме правды!

И да поможет ей Бог ничего не скрыть.

Глава 16

Карен сидела в машине, припаркованной близ ворот поместья Каррадинов, и смотрела, как деловито снуют туда и обратно грузовики, вывозящие свадебный инвентарь.

Ей было страшно. Она страшилась надеяться.

Если бы только Винсент оказался прав...

Но, даже если он и прав, это еще не означает, что все будет хорошо. Джон может попросту ей не поверить. Он не слишком-то высокого мнения о нынешней Карен.

И все же отступать нельзя. Винсент верно сказал: другого случая не представится. Если промолчать сейчас - все только больше усложнится и запутается.

Собравшись с духом, Карен направила машину в распахнутые ворота.

В открытую настежь парадную дверь дома Карен увидела бригаду уборщиков. Она вызвала их сюда привести особняк и прилегающую территорию в порядок после свадьбы - это тоже входило в ее обязанности.

Она прошла через дом и наконец отыскала Джона и Луизу - они сидели за столиком на террасе и, по счастью, были одни.

Бригада уборщиков уже привела террасу в , порядок, а значит, никто из посторонних не сможет услышать то, что должна сказать Карен.

Джон, увидев ее, встал и мимоходом удивленно шепнул:

- Что-то ты рано!..

Бледная от усталости Луиза приветствовала Карен слабой улыбкой.

- Как я рада, что вы приехали. Я хотела поблагодарить вас за все, что вы вчера сделали для моего сына.

Карен искоса взглянула на Джона - он был мрачен как туча.

- Вы уберегли нас от серьезного скандала, продолжала Луиза. - Знаете, я до сих пор не могу прийти в себя от чудовищной выходки Лори. Надо же сотворить такое - прикинуться влюбленной и выйти замуж ради того, чтобы родить в законном браке!.. Поражаюсь, Джон, что ты воспринял это спокойно.

- Карен убедила меня, что я счастливо отделался, - сухо пояснил он. Я ведь мог узнать правду тогда, когда было бы уже поздно отступать.

- Боже упаси!.. - содрогнулась Луиза.

- Кстати, о правде, - начала Карен, боясь, что решимость покинет ее. Джон метнул на нее озадаченный взгляд, но она притворилась, что ничего не замечает. - Луиза, я должна кое-что сказать вам. То, что мы с Джоном от вас утаили.

- Карен!.. - угрожающе прошипел Джон.

- Не останавливай меня. Я решила, что должна рассказать об этом.

- О чем? - удивленно спросила Луиза. Карен виновато улыбнулась ей.

- Только не сердитесь на меня, хорошо? Я.., я не хотела ничего дурного. Просто я только сейчас поняла, что нужно было сразу сказать вам правду.

- Какую правду? О чем вы?

- О том, кто я такая... - Карен судорожно сглотнула, но все же продолжила:

- Видите ли, когда-то меня звали... Кэрри Стокман.

Луиза ахнула, а Джон прорычал:

- Ты что, с ума сошла? Разве можно так?! Карен стойко выдержала его убийственный взгляд.

- А иначе нельзя, - твердо сказала она. - Это правда, Джон, а говорить правду всегда нелегко - теперь-то я это понимаю.

Луиза между тем взяла себя в руки и, окинув Карен изумленным взглядом, воскликнула:

- Ни за что тебя не узнала бы! Карен согласно кивнула.

- Ты так изменилась!

- О да, - процедил сквозь зубы Джон, и Луиза с упреком взглянула на сына.

- Но ведь ты ее узнал?

- Разумеется, - сухо ответил он.

- Разумеется, - повторила Луиза, кивая собственным мыслям. - Ну да, конечно. Теперь мне все ясно.

Она обернулась к Карен, и та с удивлением увидела, что в глазах пожилой женщины стоят слезы.