Шийна вошла в жилые помещения через дверь для прислуги, так что ей не пришлось проходить зал. Она взбежала по лестнице на второй этаж, миновала коридор и поднялась еще по одной лестнице в свою комнату в башне. Открыв дверь, она сразу увидела, что на скамье перед окном лежат два свернутых платья и отрезы материи для новых. Слезы выступили у девушки на глазах новая одежда означала, что ей отсюда не уехать.

Шийна бросилась на постель и расплакалась, потом вдруг быстро села. Груди слегка покалывало, нервы были напряжены.

— Господи, что он со мной сделал? Не могу даже дотронуться до себя, чтобы не вспомнить…

Как это все произошло? Шийна не находила ответа. Она знала лишь то, что была одурманена, околдована, и помнила все, каждое мгновение. Она покраснела.

— Он настоящий дьявол, и я должна бежать далеко, как можно дальше от Джеймса Маккинниона.

Тот, кто заставил Шийну плакать, подошел к двери в ее комнату гораздо позже в тот же день. Девушка немного поспала, устав от слез и мучимая стыдом. Пробудившись, присела на скамью у окна и начала расчесывать свои блестящие волосы, стараясь хоть немного успокоить издерганные нервы. Но едва она увидела Джейми, пульс у нее снова забился часто-часто, а когда Джейми заговорил, вздрогнула.

— Вам, должно быть, нравится эта комната. Вы очень много времени проводите в ней, — проговорил он с ленивой усмешкой.

— Здесь я по крайней мере одна. Вернее, была одна, — подчеркнула она слово «была». — Зачем вы пришли?

— Чтобы проводить вас в зал. У нас гости, и уже поздний час.

— Я предложила бы вам принимать ваших гостей самому, — ответила Шийна.

— Я хотел бы, чтобы вы сидели со мной рядом.

— А я хочу остаться здесь.

— А кто же тогда, как вы думаете, станет их ублажать? — усмехаясь, спросил он.

— Это приказание?

— Да.

— Кем же вы себя считаете?! — яростно выкрикнула Шийна.

— Лэрдом Маккиннионов, — спокойно ответил Джейми.

— Но я не из Маккиннионов и не желаю выполнять ваши приказания. Вы не имеете права распоряжаться мной!

— Довольно, Шийна. Я не стану с вами пререкаться. Я не часто отдаю приказания…

— Вы только и делаете, что отдаете их.

— Но когда я это делаю, мои приказания должны выполняться.

— Это несправедливо! — крикнула она. — Вы пользуетесь вашим положением.

— О нет, милая, будь так, я бы овладел вами, когда захотел. — Шийна покраснела и отвернулась; Джейми смягчил тон:

— Я ведь настаиваю на немногом, но я не стал бы делать и этого, если бы вы не прятались в башне.

— Это вопрос свободы, сэр Джейми. Джейми усмехнулся:

— Дай вам свободу, так вы превратитесь в отшельницу. Разве вы до сих пор не усвоили, что воля женщины значит меньше, чем воля мужчины?

— Только в том случае, если женщина допускает это, — отрезала Шийна.

— Не понимаю, чего ради я все это терплю, — вздохнул Джейми. — Не заставляйте меня принуждать вас, Шийна. Идемте.

Шийна едва удержалась от того, чтобы не закричать. Что толку сопротивляться. Она беспомощна, и им обоим это ясно. Но у нее еще оставалась гордость.

— В таком случае отойдите от двери.

— Зачем?

— Чтобы я могла пройти.

Джейми усмехнулся и с поклоном отступил.

— Ваше желание для меня закон.

— Если бы это было так, то меня здесь давно бы не было, отпарировала Шийна, величественно проплывая мимо.

Так она и шествовала немного впереди Джейми, пока они не дошли до зала. Огромная комната полна была народу, и здесь было очень шумно. Атмосфера казалась праздничной.

— Угощение в честь наших гостей, — негромко произнес Джейми над ухом Шийны. — Гостей мы принимаем нечасто, и у нас не много поводов для праздников.

— Ваши гости очень важные?

— Нет, это всего лишь Уилл Джеймсон и несколько его вассалов. Уилл живет к востоку от нас, за рекой.

— Друг или враг? Джейми хмыкнул.

— Ну как вам сказать? Со стариной Уиллом ни в чем нельзя быть уверенным. Он твердит о дружбе и вместе с тем старается меня задеть. Я считаю, что он просто любит ходить по острию ножа.

— Я должна воспринимать это как некое предостережение, сэр Джейми?

— Оставьте, Шийна. Неужели я обязан взвешивать каждое свое слово? Не ищите во всем скрытый смысл.

— Смысл сказанного вами достаточно ясен, в нем нет ничего скрытого, упрямо возразила Шийна. — Человек должен жить в страхе перед вашим гневом.

— Но не вы, Шийна.

Уха Шийны коснулось его теплое дыхание, и она задрожала.

— Ваши гости… заждались, сэр Джейми, — слабеющим голосом проговорила она.

— Подождут еще немного. — Он повернул ее лицом к себе, но она не смела посмотреть ему в глаза. — Взгляните на меня, Шийна. Дайте мне ответ, которого я жду весь день.

Она по-прежнему не поднимала глаз и пролепетала:

— Не понимаю, о чем вы.

— Понимаете, — спокойно возразил он. — Я был терпелив.

— Терпелив? — Глаза ее вдруг сделались огромными, и она прямо поглядела на него. — Вы ждали всего один день и считаете себя терпеливым?

— Для меня это так. — Джейми улыбнулся. — Я рассчитывал все решить до rncn, как мы вернемся с верховой прогулки, но я не мог предвидеть, что наш… флирт будет прерван.

Шийна покраснела. О, как ей хотелось забыть эти послеполуденные часы! А он теперь уверен в победе только потому, что на короткое время подчинил ее себе. Понимает ли он, что его чары действуют лишь тогда, когда он прикасается к ней? Ну что ж, вы ждете ответа, лэрд, — вы его получите!

Улыбка изогнула ее губы, и Джейми взыграл духом.

— Ты скажешь мне то, что я так хочу услышать, милая?

— Сейчас не время, сэр Джейми.

— Почему? — нахмурился он.

— Я не уверена, что дам вам ответ, который… вы хотите услышать.

Взгляд его сделался жестким, подбородок напрягся. Потом он расправил плечи, словно хотел набрать побольше воздуха. В устрашающем молчании Шийна слышала, как сильно бьется ее сердце. Грудь ее стеснилась от сдерживаемого дыхания.

«Он собирается убить меня, — мелькнуло в голове. — За то, что я ему отказала!»

— Вы правы, Шийна, — сказал он наконец. — Сейчас не время.

— Что?!

Ее изумление немного обрадовало Джейми.

— Мы говорили сегодня о доверии, но вы пока не готовы довериться мне, поэтому я дам вам еще время. Я подожду.

— Но…

-: Я подожду, Шийна.

Разговор был окончен. Джейми взял Шийну под руку и препроводил в зал. Какая самонадеянность! Скажите, пожалуйста, он подождет! Ну и пусть дожидается, пока звезды не попадают с неба!

— Сэр Уильям, позвольте вам представить Шийну Макьюен, она приехала из Абердина.

— Я… — Сэр Уильям остановил свой взор на Шийне и на секунду задержал дыхание. — Я восхищен.

Шийна кивнула, а Джейми усадил ее в кресло возле себя и уселся сам между ней и любезным незнакомцем. Шийна наклонилась было вперед, чтобы поглядеть на человека, который осмелился задирать лэрда Маккиннионов, но Джейми тоже наклонился и загородил собой сэра Уильяма.

Тогда она обвела глазами весь зал, повсюду наталкиваясь на любопытствующие взгляды; ей стало неловко от такого количества вопрошающих взоров, и она повернула голову к накрытому столу.

Еду подали немедленно. Куропатки, нафаршированные клюквой, жареная оленина, отварная морковь, а также сахарные булочки и лепешки, которые можно было обмакнуть в душистый вересковый мед. Однако Шийна не в состоянии была судить о блюдах все из-за того же откровенного любопытства окружающих. Что все эти люди подумают о ней, занявшей за столом место, на котором еще вчера сидела Джесси Мартин? И неужели всего два дня прошло с тех пор, как она познакомилась с Джеймсом Маккиннионом?

— Кажется, целая жизнь прошла.

— Вы что-то сказали, милочка?

Рядом с Шийной сидела Лидия Маккиннион.

— Простите, я не заметила вас, — извинилась Шийна.

— Да я только что вошла. Насколько я знаю, у вас сегодня была приятная прогулка верхом. Щеки у Шийны пошли пятнами.

— Кто вам об этом сказал?

— Джейми, разумеется. Он говорил, что вы очень радовались, и я тоже рада, Шийна, что мальчик увлекся вами. Я так довольна, что он перестал волочиться за кем попало и остановил свой выбор на одной девушке.

Шийна чуть не подавилась.

— Я вовсе не готова… уверяю вас… Лидия похлопала ее по руке.

— Я понимаю ваши опасения, милочка. Джейми — грозный мужчина, как и его отец. Робби мог быть ужасен — но только не с теми, кого любил. Он тоже нашел себе подходящую жену и любил ее до того дня, как она умерла… нет, конечно, дольше.

— Любил ее? Но Колин утверждает, что его мать и отец постоянно ссорились. И она скрывалась от него в ту башню, где теперь сплю я.

— Да, они ссорились. — Лидия улыбнулась далеким воспоминаниям. — Но как они любили! То была истинная любовь с ее трудностями.

Шийна была ошарашена.

— Мне нелегко согласиться с вами. В истинной любви заключен мир и покой, а также взаимопонимание и…

— Много ли вы понимаете в этом? — с улыбкой проговорила старая дама.

— Во всяком случае, так должно быть. Лидия тихонько засмеялась.

— А я уверена, что так бывает между любящими с мягким характером. Когда любят друг друга два человека сильной воли, они не могут обойтись без столкновений. Ну а что касается Джейми, то характер у него дьявольский и порой он просто невыносим. Если он женится на несмелой девушке, то целиком подавит ее волю. Но если у девушки тоже будет сильный характер, то готова держать пари, что она выиграет больше сражений, чем проиграет.

Вопреки желанию Шийны ее любопытство было возбуждено.

— Но почему так? — спросила она.

— Любовь, моя дорогая. Чего же еще ради Джейми жениться? Отец умер, некому заставлять его вступить в брак. Ради того чтобы приобрести союзников, ему тоже нет нужды жениться — союзников у него достаточно. Богатство его не привлекает, он и так достаточно богат. Зачем ему брать на себя обязательства по отношению к женщине, если он может овладеть любой, какой захочет? Нет, моя милая, Джейми женится только по любви.

Лидия принялась накладывать себе еду, и Шийна отвернулась, обрадованная тем, что может прервать беспокойный разговор. Любовь? Какая же любовь в договоре на право обладания женщиной и какое уважение? А сэр Джейми предлагал ей только это. Очень просто и легко для него — взял да и на попятную, когда придет время принимать окончательное решение. Очень удобно. Но она не позволит использовать себя подобным образом: попросту убежит отсюда. Настало время поступить именно так.

Единственная ее надежда — это Колин. Она огляделась и увидела его на противоположном конце стола, мрачного, с опущенными глазами. У него, бесспорно, есть причина огорчаться. Если бы можно было воспользоваться его обидой и уговорить помочь бежать! Но эта обида в равной степени может обернуться и против Шийны. Кто же остается? Черный Гоуэн уехал. Лидия целиком на стороне Джейми. Значит, остается только Уильям Джеймсон. Он не подчиняется Джейми и явно увлекся ею.

Как можно осторожнее она наклонилась вперед, чтобы посмотреть на Джеймсона. Но что это? Его невозможно было узнать! От гнева у него побелело лицо, волосы казались еще более рыжими, в карих глазах, таких ласковых еще недавно, пылало негодование. Еще более негодующим был его тон. Ссора набирала силу, и ее уже было не остановить.

— Ты должен был жениться на моей сестре, Джейми, — заявил Уильям. Когда ты взял ее к себе и в открытую сделал своей любовницей, я не вмешивался, потому что она клялась, что ты обещал сделать ее своей законной женой.

В отличие от разъяренного Уильяма Джейми держался спокойно.

— Либби лгала, — ответил он. — С самого начала было ясно, что никакого брака не будет. Она хорошо это знала и все-таки решила остаться здесь.

— Ты использовал ее, Джейми, использовал, как и других женщин, а потом бросил.

— Я никогда не принуждал своих женщин, — тоже повысив голос, сказал Джейми. — Твоя сестра явилась ко мне по собственному выбору и ушла по доброй воле, только более богатой, с полным кошельком золота, которое, надо полагать, здорово ей пригодилось там, где она теперь.

— И где же она теперь? — спросил Уильям. Джейми расхохотался.

— Значит, ты не можешь ее найти? Может, в этом все дело?

— Ходят слухи, что она погибла.

— Нет, Уильям, думаю, что она живет как королева, там, где ей хочется. Понимаешь, она знала, что я проявлю по отношению к ней щедрость, и только этого и ждала от меня, чтобы избавиться от тебя.

— Это ложь!

— Вот как? — Джейми произнес эти слова почти сочувственно. — Не могу понять, Уилл, тебя больше злит, что она сошлась со мной или что не захотела вернуться к тебе?

— Ублюдок!

Джейми внезапно встал, и Уильям побледнел еще сильнее, поняв, что зашел чересчур далеко. Воцарилось грозное молчание, пока Джейми стоял и смотрел на Уильяма сверху вниз. Шийна не видела его лица, но заметила, как напряглась его спина и сжались кулаки. Но вот он заговорил ледяным тоном:

— Сожалею, что я принял близко к сердцу твои оскорбления и забыл о гостеприимстве — ведь ты гость у меня в доме. Но ты уедешь завтра утром, Джеймсон, и никогда больше не будешь принят здесь как друг.

Джейми удалился, и Шийна вздохнула с облегчением. Она повернулась к Лидии и, так как Джеймсон все еще сидел за столом через одно кресло от нее, спросила шепотом:

— Из-за чего все это?

— Уилл — человек горькой судьбы, милочка, — отвечала та. — Его родители давно умерли, и он с младенческого возраста воспитывал свою сестру. Но он привязался к ней слишком сильно, и его любовь тяготила Либби. Неудивительно, что у нее возникло желание избавиться от его опеки, но, по правде сказать, она девица испорченная и пустая. У меня была возможность узнать ее, пока она жила здесь, и мне она нисколько не понравилась. Только и думала, как бы выставить брата в смешном виде, изображая, как он пламенно обожает собственную сестру. Уильяму повезло, что он от нее избавился, но, боюсь, сам он другого мнения.

— Сэр Уильям уедет?

Лидия тихонько засмеялась, потом наклонилась к Шийне и прошептала:

— Он малость трусоват, милочка. Похоже, он готов уехать в любую минуту.

Шийна верила и не верила словам Лидии, но, обернувшись, увидела, что Уильям встал и позвал своих людей. Минутой позже все они в бешенстве покинули зал.

Шийна перепугалась — последняя возможность бежать исчезала прямо на глазах. Девушка поспешила извиниться перед Лидией и быстро двинулась через зал вроде бы по направлению к южной башне. Но едва миновав арку в конце зала, свернула влево. Скоро она была уже во дворе и бегом направилась к сэру Уильяму Джеймсону.

Тот стоял возле конюшни с четырьмя своими спутниками: они дожидались лошадей. Шийна даже не подумала, насколько глупо обращаться к почти совершенно незнакомому человеку. Для нее Джеймсон был всего лишь средством покинуть замок Киннион.

— Одно слово, сэр Уильям, если позволите, — заговорила она.

— В чем дело? — резко отозвался он, потом повернулся, увидел Шийну и остолбенел. — Так-так, передо мной новая шлюха сэра Джейми? Шийна отпрянула.

— Нет! Но он намерен сделать меня ею. Прошу вашей помощи, сэр Уильям. Я должна уехать отсюда.

— Что же вас удерживает?

— Удерживает он. Он не разрешает мне уехать одной. Уильям широко раскрыл глаза.

— В таком случае вы — узница?

Шийна стиснула руки, не зная, как ему объяснить.

— Все это… более сложно, сэр Уильям. Маккиннион намерен сам отвезти меня в Абердин. Никому другому он не позволяет сопровождать меня, а я… мне страшно оставаться с ним наедине. Вы понимаете? Я боюсь его, и здесь мне невыносимо.

— И вы хотите бежать?

— Я хочу вернуться в Абердин, там у меня родственники. Сэр Джейми предлагает мне заключить договор на право обладания, я ответила отказом, но он продолжает удерживать меня здесь. Вы поможете мне, сэр Уильям?

— Договор на право обладания, вот как? — задумчиво проговорил сэр Уильям и невесело засмеялся. — Да, я вам помогу, дорогая. Это доставит мне удовольствие.

Шийне не понравился его смех, но она отогнала от себя сомнения. Ей придется либо уехать с Джеймсоном… либо остаться в замке.