Так что Кэтрин, возможно, и не имеет отношения к его твердой установке навсегда остаться холостяком.

Черт побери! Она выглядела такой счастливой на той фотографии, такой беззаботной… А ведь ее муж, как всегда считал Дэйв, был просто ничтожеством.

Впрочем, Фрэнк Максвел был богат и имел положение в обществе, не то что простой парень Дэйв Хаммонд, сын владельца бензоколонки. А Кэтрин уже в те годы отличалась снобизмом, так что вряд ли она изменилась…

Дэйв встал. Хватит думать об этом, сказал он себе, лучше сходить в гараж к Майку, а потом принять решение по поводу работы.

Будто ты его уже не принял! — с иронией возразил ему внутренний голос. Разве тебе не хочется жить здесь, в Портсмуте? Разве ты не собираешься разыскать Кэтрин Максвел, чтобы окончательно выяснить с ней отношения и положить конец своим сомнениям?

Мать, наверное, в курсе того, где сейчас живут Кэтрин и Фрэнк, подумал Дэйв. Надо будет расспросить ее.

Да, принял решение он, пора покончить с этими мучениями раз и навсегда. Нужно освободиться от Кэтрин и продолжать жить нормальной жизнью. Одному? Возможно, и нет. Но похоронить прошлое следует в любом случае. Нельзя быть настолько связанным с этой женщиной!

Три месяца спустя, солнечным сентябрьским субботним утром, Дэйв Хаммонд пришел в университетский спортзал, куда только вчера записался. До этого он был настолько занят работой в гараже Майка и приобретением дома за городом, что времени на спорт не оставалось совсем. Но Дэйв привык держать себя в форме, поэтому при первом же удобном случае решил заняться спортом.

Он занимался на тренажерах минут сорок. Перерыв в тренировках давал себя знать, но Дэйв упорно довел до конца программу упражнений, мечтая о том, как после душа отправится на берег залива в свой новый дом. Надо проверить, что плотник и слесарь успели там сделать за ото время.

Месяц назад Дэйв купил старенький коттедж и участок в десять акров в Стоунроке, небольшом городке, расположенном в двадцати минутах езды от города. Такая поспешность в приобретении недвижимости могла бы показаться странной, но в глубине души Дэйв знал, что поступает правильно. Он принял предложение Майка и впервые после долгих лет странствий ощутил, что наконец приехал домой.

Выйдя из тренажерного зала, Дэйв направился было в душевую, как вдруг услышал женский голос, перекрывающий привычный гул многолюдного холла, и замер как вкопанный.

— Я сейчас приду! Вот только возьму кассеты!

Это Кэтрин, сказал он себе. Вне всякого сомнения, это она. Но как она могла оказаться здесь, в шумном холле университетского спортивного центра? Неужели у него уже начались слуховые галлюцинации? Конечно, он не видел ее десять лет и вполне мог спутать, но такой приятный грудной голос принадлежал только одной женщине на свете…

Дэйв развернулся и потел на звук голоса.

Едва завернув за колонну, он столкнулся с какой-то женщиной, чуть не сбив ее с ног.

Так и есть, это Кэтрин.

Он чисто автоматически схватил ее за плечи, поддерживая, и сердце его куда-то упало.

Волосы Кэтрин были аккуратно зачесаны назад и забраны в пышный конский хвост. А на фотографии у нее была завивка, тут же вспомнил Дэйв. И все же это были те самые роскошные золотистые волосы Кэтрин Копланд. Ее глаза, сейчас широко раскрытые от удивления, оставались такими же голубыми, какими он запомнил их. И хотя она сейчас выглядела немного усталой, а под глазами темнели круги, черты ее лица почти не изменились за эти долгие десять лет.

Дэйв опустил глаза и окинул взглядом длинные изящные пальцы, лежавшие у него на груди. Кэтрин всегда очень следила за руками, пользуясь иногда слишком ярким, на его взгляд, лаком. Теперь же ее ногти не были накрашены, а на пальцах Дэйв не обнаружил ни одного кольца.

Он крепко держал ее за плечи, все явственнее ощущая тепло женского тела.

А грудь у нее стала такой полной… — промелькнуло у него в голове.

— Дэйв! — воскликнула наконец Кэтрин. — Дэвид Хаммонд… Что ты здесь делаешь?

Он не ответил и, слегка отстранив ее от себя, оглядел с ног до головы. Она была одета в эластичный блестящий ярко-розовый топик и черные шорты. Какие, однако, у нее округлые бедра… Дэйв почувствовал, что вид Кэтрин возбуждает его.

Он быстро отпустил ее, рассердившись на себя за такую реакцию, и сказал:

— Упражнялся на тренажерах. А ты?

— Я… У меня занятия по аэробике. Но что ты делаешь в этом городе? Мне казалось, что ты сейчас должен быть где-то в Австралии или в Чили.

— В Австралии я был семь лет назад, а в Чили восемь. Теперь живу здесь.

— И давно?

— Уже почти три месяца. Похоже, ты этому вовсе не рада, — с усмешкой заметил он.

Это было еще мягко сказано. На лице Кэтрин застыло выражение ужаса. С чего бы это? — удивился Дэйв. Неужели такая уравновешенная женщина, как Кэтрин Максвел, боится человека, которого сама же и унизила много лет назад?

Она нервно провела рукой по волосам.

— Для меня не имеет никакого значения, где ты живешь. Просто я очень удивилась, встретив тебя, ведь прошло немало лет…

— Десять, — подсказал Дэйв. — Помнишь, в последний раз мы разговаривали с тобой на бензоколонке?

Это было два дня спустя после того, как его избили.

Дэйв заметил, что Кэтрин залилась краской.

— Да, кажется, — пробормотала она. — Слушай, мне надо идти.

— Так ты стала студенткой, Кэтрин? В твои — то годы? — довольно ехидно спросил Дэйв.

— Я теперь зовусь Кэтти, понятно? — заявила она, гордо подняв голову.

— Зачем тебе это понадобилось? — удивился Дэйв.

Глаза ее сверкнули.

— А почему бы и нет?

Другими словами, она дает понять, что это не мое дело, догадался Дэйв. Но странно, уменьшительное имя Кэтрин шло — сейчас, с этим хвостом и ненакрашенными ногтями, она действительно скорее напоминала девчонку, чем зрелую женщину, мать двух дочерей, хотя в юные годы, наоборот, казалась старше своих лет.

— Ты не ответила на мой вопрос, — напомнил ей Дэйв.

Она вдруг нахмурилась, и глаза ее забегали.

— Ну… Я не студентка.

К ним подошел высокий широкоплечий парень и довольно фамильярно похлопал Кэтрин по плечу.

— Эй, Кэтти, ты идешь?

— Сейчас, Тедди. Дэйв, мне надо идти, занятия начинаются. Было… приятно увидеться с тобой снова.

— Приятно? — с иронией переспросил он. — Скажи правду, Кэтти, ведь на самом деле ты бы предпочла, чтобы я сейчас был где-нибудь в Бразилии. Кстати, как поживает Фрэнк?

Она метнула на него странный взгляд, в котором промелькнула какая-то растерянность, и, молча кивнув на прощание, вместе с группой студентов прошла в большой зал, где обычно проходили занятия аэробикой.

Дэйв проводил ее взглядом и подумал: вот женщина, в которую я был по уши влюблен, а потом возненавидел… «Приятно тебя видеть», вспомнил он ее слова и горько усмехнулся. Не стоит кривить душой, Кэтрин Максвел. Тебе бы хотелось, чтобы я сейчас оказался даже не в Бразилии, а в Антарктиде!

Она точно так же безразлична к нему, как и он к ней. Об этом недвусмысленно говорил и ее холодный тон, и то, как неохотно говорила о себе. И все же Дэйву было непонятно, почему его неожиданное появление так напутало Кэтрин.

Из зала уже доносилась громкая ритмичная музыка. Дэйв прошел к стеклянной стене и остолбенел, увидев, что Кэтрин стоит перед группой студентов и выполняет начальные упражнения. Так она, оказывается, тренер!

Вот это да! — изумился он. Что происходит, черт возьми? В его представлении Кэтрин должна была бы сейчас кататься верхом на лошади по собственному поместью или играть в теннис, а вечерами устраивать приемы, — словом, делать что угодно, но только не преподавать аэробику.

В ее группе были мужчины и женщины — молодые и не очень, а в задних рядах даже несколько пожилых дам. Парень по имени Тедди стоял в первом ряду.

Дэйв подошел ближе. Кэтрин стала показывать новое упражнение, и он невольно залюбовался ее телом, особенно полной грудью, плавно колышущейся в такт движениям.

Похоже, мне пора пойти принять душ, причем желательно ледяной, спохватился он, но в этот момент Кэтрин заметила его и сбилась с ритма.

Ага, торжествующе подумал Дэйв. Ты догадываешься, что я хочу с тобой кое-что обсудить.

Словно прочитав его мысли, Кэтрин нахмурилась и отвернулась, продолжая выполнять упражнения. Дэйв зашагал в душевую.

Приведя себя в порядок и переодевшись в джинсы и футболку, он, прежде чем уйти, снова подошел к стеклянной стене зала. Вся группа весело подпрыгивала и пританцовывала под руководством Кэтрин. Она выглядела такой же бодрой и энергичной, как и двадцать минут назад, а в сторону Дэйва даже не взглянула.

Он прошел к регистратору и, попросив расписание занятий по аэробике, нашел графу с именем Кэтрин Максвел. Она давала уроки шесть раз в неделю. Уставившись в расписание, Дэйв удивленно поднял брови. Интересно, почему Кэтрин, которая привыкла жить в достатке, вынуждена так интенсивно работать, причем за весьма скромную плату? Он сложил листок и сунул его в сумку, а потом обратился к регистраторше:

— Могу ли я записаться на эти занятия со следующей недели?

— Для этого достаточно взять гостевой пропуск на входе, — ответила та.

Дэйв решил, что в понедельник вместо ланча придет на занятия, а потом дождется Кэтрин и не отпустит ее, пока они не поговорят. Им есть что обсудить. Он хотел выслушать ее объяснения по поводу событий десятилетней давности и расспросить о том, как она живет сейчас. Пришло время, когда ей придется ответить на все эти вопросы. Возможно, тогда он освободится от мыслей о пей и сможет спокойно жить дальше.

А если нет? — вдруг промелькнуло у него в голове.

Дэйв вышел из здания спортивного центра и направился к своей машине, но вдруг заметил двух девочек, которые сидели на скамейке у входа. У них обеих были золотистые волосы, только у одной — длинные, подхваченные обручем, а у другой — короткие кудряшки.

Это же дочки Кэтрин, догадался он. Сестры о чем-то спорили, причем старшая отчитывала младшую, а та ужасно сердилась.

Дэйв собрался с духом и подошел к ним.

— Привет, — дружелюбным тоном произнес он. — Меня зовут Дэйв Хаммонд. Мы с вашей мамой были друзьями, правда, давно, еще до ее замужества. Как вас зовут?

Младшая хмуро глянула на него.

— Нам не разрешают разговаривать с незнакомцами, — сказала она и повернулась к сестре. — Перестань, Карен! Отдай!

Та отдернула руку.

— Отстань, Эми! Ты отвратительно себя ведешь, и я пожалуюсь на тебя маме.

— А я скажу ей, что ты не отдаешь мне мою жвачку! Ты плохая, Карен! Настоящая жадина! — Эми надула губы, делая вид, что готова расплакаться. — Я маленькая! Как ты можешь так обращаться со мной?

Но на старшую сестру это не произвело никакого впечатления. Она только всплеснула руками и воздела к небу небесно-голубые, как у матери, глаза.

— Ну вот, начинается! — воскликнула Карен. — Это ты плохо ведешь себя! Забирай свою жвачку!

Эми радостно схватила пачку, вытащила одну штуку и поспешно затолкала ее в рот.

— Спорим, у меня получится пузырь больше твоего?

— Хочешь проспорить? Ну, гляди! — С этими словами Карен надула огромный розовый пузырь.

— Здорово! — восхитился Дэйв. У Эми ничего не получилось.

— Не спеши, — посоветовал ей он и небрежно поинтересовался: — Наверное, вы ждете, когда папа заберет вас отсюда?

Обе девочки, тут же забыв про жвачку, молча уставились на него. В их взглядах была такая враждебность, что Дэйв даже перепугался, но потом сообразил, что поступает очень опрометчиво, вовлекая детей в подобный разговор.

— Извините. Надеюсь, мы еще увидимся.

Он быстро прошел к машине и сел за руль. Похоже, ты проиграл этот раунд, Хаммонд, усмехнулся он. Дети Кэтрин дали тебе понять, что ты чужак. Характеры у них, надо сказать, сильные, не хуже, чем у матери. Но ей не победить тебя!

В понедельник без пяти минут двенадцать Дэйв бодрым шагом вошел в зал для занятий аэробикой. Там уже было несколько человек, которые стояли посередине и болтали. Кэтрин в дальнем углу возилась с магнитофоном Дэйв тихо подошел к ней и сказал:

— Доброе утро. Или уже добрый день?

Она вздрогнула, но не обернулась, продолжая перематывать кассету.

Да уж, выдержка у нее отменная! — невольно восхитился Дэйв.

Потом Кэтрин выпрямилась, повернулась, медленно окинула оценивающим взглядом Дэйва, одетого в черную майку и белые шорты, и только тогда ответила:

— Доброе утро, Дэйв. Тренажерный зал дальше по коридору, если ты случайно забыл.

— К сожалению, я мало что забываю, — спокойно ответил он, — поэтому и решил сегодня позаниматься аэробикой. Время от времени нужно попробовать что-нибудь новенькое, не так ли?

— Ты пришел ко мне на занятие? — нахмурив брови, поинтересовалась Кэтрин.

— Да, таков мой план.

Он догадывался, какие слеша вертятся у нес на языке, но она, видимо заметив, что уже почти вся группа собралась, ровным тоном сказала:

— Хорошо. Только не переусердствуй на первом занятии. Не хотелось бы, чтобы тебе стало плохо.

— Брось, Кэтти, — парировал Дэйв. — Тебе бы доставило удовольствие, если бы меня вынесли отсюда на носилках.

— Ошибаешься. Это повредило бы моей безупречной репутации лучшего тренера, — усмехнулась Кэтрин. — Начинаем! — громко окликнула она остальных.

Дэйв проводил ее взглядом. Сегодня на ней был ярко-зеленый топ и синие шорты. Да, хотя Кэтрин родила двоих детей, ей удалось сохранить прекрасную фигуру, подумал Дэйв, вставая в задний ряд.

К этому времени в зале собралось уже много людей, а последней появилась женщина средних лет, которая тоже направилась в последний ряд. Дэйв не без удивления узнал в ней сотрудницу фотостудии, в витрине которой он увидел фотографию Кэтрин и ее дочерей. Женщина тоже заметила его и, оглядев настороженно, даже с некоторой долей подозрительности, перешла в другой ряд. В иных обстоятельствах это рассмешило бы Дэйва, но сейчас ему было не до веселья.